Цена блокады: от мрачных прогнозов до «китайского юмора»
С момента эскалации у берегов Ирана минуло почти двенадцать недель. За это время коммерческое судоходство через Ормузский пролив фактически оказалось парализовано. Экономист Михаил Делягин (в эфире «Итогов дна») отмечает любопытный феномен: рынок лихорадит, но вчерашнее удешевление «черного золота» до $108 за баррель выглядит как знак надежды трейдеров на разблокировку маршрутов.
Оптимисты говорят о коридоре $80–90 к 2027 году, если Тегеран вернет контроль над проливом. Пессимисты (западные аналитики) рисуют апокалиптическую картину: при затягивании конфликта до третьего квартала — $150 за баррель.
Особый цинизм ситуации, по мнению Делягина, придают недавние переговоры Трампа и Си Цзиньпина. Оба лидера публично высказались за «скорейшее открытие».
«Это классика жанра, — усмехается экономист. — Китайский и американский юмор в одном флаконе».
Все понимают: даже если завтра объявят о мире, рынок не восстановится мгновенно.
Четыре сценария хаоса: от вялотекущей блокады до ударов по Саудовской Аравии
Эксперты выделяют несколько траекторий развития событий:
- Сценарий №1 («заморозка» до 2026 года). Пролив остается перекрыт на 80–90%. Китай по своим каналам нефть получает стабильно. Европа и другие «аутсайдеры» — в режиме выживания: кому как повезет. Трампу это невыгодно, но исключать развитие событий нельзя.
- Сценарий №2 («большая война»). Если позиционное противостояние перерастет в тотальную фазу с ударами по мощностям Саудовской Аравии и газовым терминалам Катара, мир лишится значительного объема предложения на годы. Речь идет о физическом уничтожении инфраструктуры, а не о перебоях с логистикой.
- Сценарий №3 («внутренний изоляционизм США»). Америка вышла на рекордный нетто-экспорт (6 млн баррелей в день), но внутренние цены на бензин пробили $5 за галлон (+50%). Накануне промежуточных выборов Белый дом может пойти на радикальный шаг: изолировать свой рынок от глобального хаоса, закрыв глаза на остальной мир.
- Сценарий №4 («оптимистичный»). Договорняк в ближайшие месяцы. Но проблема — кто сядет за стол? Британцев боятся привлекать, а без них сделка неполная. Даже при чуде и открытии пролива физический поток нефти вернется к норме минимум через 3 месяца, а с газом — через 1,5–2 года.
Смена эпох: почему борьба не за нефть, а за доллар
Политолог Леонид Крутаков призывает смотреть шире: последний прирост мировых запасов шел не за счет открытий, а за счет доразведки старых полей. Сейчас мы на переломе.
«Кто удержит ситуацию — тот и выиграет», — отмечает он.
Но здесь появляется главный конфликт. Трамп прямым текстом приравнял покушение на доллар к объявлению войны. А Пекин официально поставил задачу превратить юань в глобальную резервную валюту, равную по статусу «американцу». Крутаков настаивает:
«Рассматривать драму в Ормузском проливе только как нефтяную — ошибка. Это стык энергетики и мировой финансовой системы».
Для США, теряющих контроль над Персидским заливом, остается лишь один ресурс для поддержки доллара — грубая военная сила. Ничего иного предложить миру Вашингтон уже не может.
Русская нефть и тупик бюрократии: кому продадим?
Михаил Делягин прогнозирует, что следующие удары США придутся по логистике Китая и Индии — отсечение конкурентов от сырья.
«По Трампу это видно: Венесуэла, Иран, а затем, судя по всему, очередь дойдет и до нас, — иронизирует он. — Все прозрачно, кроме, естественно, наших стратегических бюрократов-аналитиков».
Крутаков напоминает о докладе Нацсовета по разведке США: к 2050 году 70% роста мирового ВВП обеспечат Индия и КНР. Европа и Америка уходят на обочину «вселенной». Однако успех на 90% зависит от доступа к углеводородам. Здесь козырь России — уникальное качество сырья. Арабы, по словам политолога, были шокированы, увидев в Восточной Сибири фонтаны при -20°C. Русская нефть сохраняет эластичность в любом морозе — «фантастика». Ирония судьбы: именно на этой «фантастической» нефти Европа была поднята, а сама Россия оказалась на экспортной игле, превратившись в импортозависимую страну.
«У нас колоссальный ресурс, — резюмирует Крутаков. — Вопрос: просто продадим его Китаю, Индии или Штатам, либо сумеем конвертировать в реальное экономическое преимущество? Увы, это вопрос к качеству нашей бюрократии».
Мир стоит не просто перед угрозой дорогой нефти, а перед тектоническим сдвигом. Китай уже сделал ставку в этой партии. Трамп мечется между предвыборными рисками и имперскими амбициями. Россия имеет лучший товар, но, как обычно, рискует остаться у разбитого корыта, если не научится торговаться иначе. Главная интрига: «китайская улыбка» или «американская дубина» — чья возьмет в следующие 12 месяцев?