Мошенники — не «аферисты из подворотни». Это конвейер манипуляции
Забудьте стереотипы: сегодняшние телефонные мошенники — это не мужчины с акцентом, заикающиеся в попытке имитировать русский. Это команды, распределённые по разным странам, оснащённые CRM-системами, скриптами и голосовыми модуляторами. У них есть ваше имя, банк и даже данные о последней транзакции — возможно, из утечки, фишинга или просто открытых источников.
Их сценарий рассчитан на одно: вызвать панику за 15 секунд.
Паника отключает логику, включает амигдалу — древний центр страха. Именно в этот момент вы готовы назвать код из SMS, открыть камеру ноутбука для «верификации» или перечислить деньги «на безопасный счёт».
Но у алгоритма есть слабое место: он не умеет импровизировать. Он не готов к сопротивлению, к вопросам, к человечности. Он требует, чтобы вы — покорно, быстро, без мысли — следовали инструкции. Ваша задача — не просто сбросить звонок. Ваша задача — вывести мошенника из роли и заставить его самому вычеркнуть вас из списка потенциальных жертв.
Техника №1. Инверсия власти: не вы отвечаете — вы проверяете
Мошенник начинает:
«Здравствуйте, это служба безопасности Сбербанка…»
Вы — без паузы, как будто ждали этого звонка:
«Отлично! Назовите мой номер договора и дату его заключения — полностью, без подсказок».
Что происходит?
Настоящий сотрудник банка знает эту информацию. Он может её назвать или предложить безопасный способ верификации (например, через приложение). А мошенник — не может. Он либо сбивается, либо начинает уклоняться:
«Это конфиденциально…».
Тогда ваш следующий ход:
«Странно. Вы же представились банком. Тогда скажите — какая сумма на моём основном счёте прямо сейчас? С точностью до копейки. Я сверю».
90% звонков обрываются здесь. Потому что мошенник — не волшебник. Он не подключён к вашему аккаунту. Он играет в банк. И как только игра становится сложной — он уходит.
Почему это работает?
Вы не спорите. Вы не пугаетесь. Вы ставите условия ему. Вы переворачиваете иерархию: не он вас проверяет — вы его. А для мошенника это сигнал: «Этот клиент — не лёгкая добыча. Трать на него время — значит снижать KPI».
Техника №2. Непредсказуемость как оружие: абсурд в ответ на страх
Мошенники считают, что знают человеческую психологию. Они правы — в среднем. Но среднее — это не вы.
Когда вам говорят: «На вас оформлен кредит в Тинькофф…» — не паникуйте.
Улыбнитесь и скажите:
«О, наконец-то! Я три дня пытаюсь понять — почему ваша кредитка пахнет ванилью? Это новое покрытие? И правда ли, что если её съесть, пластик выведется за 48 часов?»
Звучит глупо? Именно.
Мошенники — операторы на потоке. У них план: 50 звонков за смену, 2–3 успешных мошенничества. Им нужно быстро ввести жертву в состояние покорности. А вы — как глитч в системе. Вы не по сценарию. Вы странный.
Другие варианты абсурда:
- «Вы из банка? А вы знаете, что банкоматы боятся чеснока? Я проверял».
- «Минуточку — я записываю этот разговор для моего подкаста «Голоса Тьмы». Назовите ваше полное имя, должность и координаты колл-центра — для титров.»
- «А вы пробовали медитировать перед звонками? Мне кажется, ваш энергетический фон очень тяжёлый.»
Они не хотят думать. Они хотят действовать. Когда вы лишаете их шаблона — они теряют контроль. А потеря контроля для мошенника — эквивалент провала.
Техника №3. Говорите на языке регуляторов: «382-П» как крест для вампира
Даже не зная точных нормативов, можно звучать так, будто вы — внутренний аудитор ЦБ.
Когда вам требуют код из SMS:
«Подождите. Запрос кода 2FA по телефону прямо запрещён регламентом 382-П Центробанка. Какой ваш внутренний идентификатор сотрудника? Я зафиксирую нарушение для службы комплаенса».
Даже если вы не уверены в номере регламента (на самом деле, речь о Указании Банка России № 382-У от 2015 г., касающемся дистанционного доступа к счёту), — звучит достоверно. Мошенники знают: профессионалы так говорят. И если вы оперируете терминами «комплаенс», «аудит», «фрод-мониторинг» — вы — не жертва. Вы — угроза.
Можно добавить:
«Кстати, мой сотовый оператор автоматически анализирует вызовы, похожие на фишинг. У вас уже присвоен ID подозрительной активности. Хотите его продиктую?»
Это не враньё — это психологическое зеркало. Вы возвращаете им их же оружие: страх перед последствиями.
Техника №4. Эмпатия как дезориентирующий удар
Самое неожиданное, что вы можете сделать — проявить искреннюю заботу.
Мошенник: «Если не назовёте данные, счёт заблокируют!»
Вы — тихо, устало, почти сочувственно:
«Знаете… наверное, это судьба. Я как раз собирался закрыть все счета. После развода там и так почти ничего не осталось… А вы? Как вы? Тяжело ли вам — звонить людям, пугать их? Вас семья поддерживает?»
Что происходит в голове мошенника?
Он — не злодей в плаще. Он — человек, сидящий в полуподвале, получающий деньги за успешную аферу. Он привык к крикам, истерикам, молчанию. Но не привык к сочувствию. Это ломает его роль. Он не знает, как отвечать. И чаще всего — просто вешает трубку.
Если чувствуете силы, добавьте:
«Мне правда интересно — вы сами верите в то, что говорите? Или просто читаете скрипт?»
Это — прямое обращение к его человеческой части. А мошенническая машина не рассчитана на диалог с совестью.
Техника №5. Пригласите «третьего»: виртуальное подключение к надзору
Когда мошенник настаивает — и вы чувствуете, что он слишком настойчив (возможно, имеет точные данные):
«Перед тем как что-то обсуждать, продиктуйте, пожалуйста, номер: 8-800-100-00-05. Это горячая линия Центробанка по борьбе с финансовыми мошенниками. Сейчас я включу громкую связь и соединю вас с ними. Чтобы все вместе разобрались — настоящий вы сотрудник или нет».
Вы не звоните. Просто готовность включить регулятора мгновенно убивает инициативу. Потому что мошенник знает: если его номер попадёт в базу ЦБ — он рискует потерять SIM-карты, аккаунты, каналы связи.
Чего НЕ делать — даже если очень хочется
❌ Не давайте фейковые данные (ложные номера карт, вымышленные коды). Это не «насолить» — это играть по их правилам. Вы остаётесь в роли жертвы, просто хитрой. А мошенник может использовать эти данные для тестов и новых сценариев.
❌ Не переходите на оскорбления. Грубость — признак эмоционального вовлечения. А значит, вы всё ещё уязвимы. Плюс — звонки могут записываться. Ваша ярость — их доказательство: «Вот, клиент сам начал угрожать!»
❌ Не затягивайте разговор дольше 2–3 минут. Ваша цель — не «разоблачить» мошенника, а выйти из игры. Если он не сдался после 2–3 ваших контрприёмов — он либо новичок (читает скрипт механически), либо обладает опасно точной информацией (например, знает ваш адрес или имена детей). В обоих случаях — сбросьте, заблокируйте номер, напишите в банк.
Финал: стать «токсичным контактом» — это победа
Мошеннический колл-центр — это фабрика. У оператора — время на звонок, квота по «конверсии», система поощрений. Вы — не человек для него. Вы — строка в таблице: «активен / пассивен / токсичен».
Когда вы задаёте вопросы, ведёте себя непредсказуемо, говорите на языке регуляторов или проявляете эмпатию — вы получаете метку: «TOXIC — не звонить».
Это лучше, чем блокировка одного номера. Потому что вас вычеркнут из всей их базы. Навсегда.
И помните главное правило:
Настоящий банк НИКОГДА не просит: коды из SMS или push-уведомлений, CVV с обратной стороны карты, «подтвердить операцию» по телефону, перевести деньги «на безопасный счёт», показать экран или включить удалённый доступ.
Всё — только в официальном приложении. Всё — только через двухфакторную аутентификацию. Всё — только по вашей инициативе. Вы не обязаны быть жертвой. Вы можете быть анти-жертвой. А в мире, где мошенничество — индустрия, это уже акт сопротивления.