Цифры, которые обманывают
Представьте себе: где-то в Тихом океане есть место, куда можно было бы целиком сбросить Эверест, и его вершина так и не показалась бы на поверхности. Это Марианская впадина, Бездна Челленджера. Мы знаем о ее существовании почти 150 лет, но побывали там считанные разы. И это — самый яркий символ нашего удивительного невежества в вопросах собственного дома.
Долгое время нам твердили сакраментальную фразу: «Мы исследовали лишь 5% Мирового океана».
Потом цифра подросла до 20%, а сегодня, благодаря прогрессу технологий, мы говорим уже почти о 30%. Но давайте честно: что значит «исследовали»? Часто за этой статистикой скрывается лишь одно — мы нарисовали рельеф дна.
Сейчас, к середине 2020-х, многолучевые гидролокаторы покрыли картами уже около 28,7% морского дна. Это огромный скачок по сравнению с показателями прошлых лет. Каждый год аппараты прочесывают километры подводных хребтов и равнин, нанося на карту изгибы тектонических плит. Но вот в чем загвоздка: нарисовать контур горы — это не значит изучить ее.
Представьте, что вы видите на карте очертания неведомой страны, но понятия не имеете, кто там живет, чем дышит и какие законы там царят. Именно так мы сейчас и существуем. Даже в водах США, где картографирование является государственным приоритетом, почти половина акватории (44%) всё еще остается «белым пятном» на навигационных картах. И это при том, что американцы поставили себе цель закрыть этот долг к 2040 году.
Глазами сонара и глазами человека
Настоящая драма скрывается в разрыве между двумя понятиями: «картографирование» и «исследование». Когда корабль с эхолотом проходит над глубоководным желобом, он лишь фиксирует глубину. Он не видит, что происходит в этой черноте. Он не знает, светятся ли там рыбы, какие химические процессы кипят в гидротермальных источниках и как хрупкая жизнь адаптируется к давлению, способному расплющить сталь.
То, что мы действительно видели своими глазами (или глазами глубоководных аппаратов), — ничтожно малая часть. Мы брали пробы грунта, ловили странных существ и фотографировали коралловые леса на глубине, куда не проникает солнечный свет. Но таких «смотровых колодцев» в бескрайнем океане — капля в море.
По сути, мы знаем океан так, как знали Землю в эпоху Великих географических открытий: есть общие абрисы материков, но внутри — тайна. Мы оцениваем количество видов, обитающих в воде, цифрой от 700 тысяч до миллиона, но значительная часть этих существ даже не имеет научных имен. Мы их просто не замечали.
География, скрытая от глаз
Пока мы восхищаемся Гималаями, под водой тянется самая длинная горная система планеты — Срединно-океанические хребты. Они опоясывают Землю, как швы на теннисном мяче, и почти нигде не выглядывают из воды. Это неизведанный подводный континент, полный вулканов, ущелий и экосистем, существующих без солнечного света.
И это не единое «темное пятно» на карте. Это мозаика пробелов. Где-то мы знаем глубину, но не знаем течений. Где-то знаем химию воды, но не знаем, что там едят животные. Где-то есть красивые карты, но на этих картах ничего не сказано о том, как дышит океан.
На пороге открытий
Самое прекрасное в этой истории — это осознание того, что мы живем в эпоху, когда первопроходец еще может открыть новый вид или новый подводный вулкан. Океан не становится скучнее от того, что мы научились измерять его глубину с спутников.
Проект Seabed 2030, который ставит амбициозную цель нанести на карту всё дно, — это лишь первый шаг. Это создание «дороги», по которой потом придут биологи, геологи и археологи. Настоящее исследование — это когда человек погружается в батискафе на дно Марианской впадины, как это сделал Джеймс Кэмерон, и возвращается с рассказами о мире, который не поддается нашему воображению.
Океан остается неизведанным не потому, что мы ленивы, а потому что он огромен, агрессивен к технике и невероятно дорог для изучения. Но каждый год этот разрыв между нарисованной картой и реальным знанием становится чуть меньше. И возможно, именно сейчас, пока вы читаете эти строки, где-то в глубине автономный аппарат впервые освещает участок дна, куда никогда не падал свет. И это захватывает дух — осознавать, что планета Земля все еще хранит секреты.