Эксперт отмечает, что сегодня женщины нередко перенимают "мужские" модели поведения, проявляя жесткость, конкурентность и эмоциональную сдержанность. Это проявляется даже в стремлении сохранить утонченный женский образ, одновременно демонстрируя способность конкурировать с мужчинами. Возможно, такой выбор является формой гиперкомпенсации – способом доказать себе свою состоятельность, компенсируя, например, отсутствие надежного партнера. В этом контексте высокий доход приобретает значение не только материального блага, но и нарциссической защиты, своеобразной "брони", дающей ощущение контроля и ограждающей от уязвимости, присущей традиционным женским ролям.
Парадоксально, но, стремясь к независимости, женщины на вахте зачастую ищут не только заработка, но и близости, создавая внутренний конфликт между желанием самостоятельности и потребностью в заботе. Провокативная среда вахты, с ее замкнутым пространством и строгим графиком, может приводить к регрессии и эмоциональному выгоранию. Энергия и либидо сублимируются в работу, что зачастую ведет к избеганию глубоких привязанностей. Это несет значительный риск отчуждения от традиционных женских ролей, вплоть до отказа от материнства и партнерских отношений.
Данный тренд можно рассматривать как попытку дистанцироваться от травмирующей или несостоятельной, по мнению самих женщин, традиционной идентичности, передает ФедералПресс. Однако это может иметь непредсказуемые последствия для психики, особенно если изначально женский сценарий предписывал пассивность, а не активную, "мужскую" позицию. Важно помнить, что в норме женская психика стремится к пассивности, рецептивности и материнству – моделям, заложенным природой и культурой. Уход женщин в экстремальные условия вахты, сопровождающиеся изоляцией, стрессом и работой в преимущественно мужских коллективах, может быть проявлением гиперкомпенсации или бегства от неприемлемой для них семейной или материнской идентичности.