Эксперт в области детского развития и основатель детской киношколы «Студия Звезд» Светлана Надеева в комментарии RuNews24.ru отметила, что страшные игры — это абсолютная норма. Через них ребенок проживает сложные эмоции в безопасной среде.
«Дети во все времена играли в страшные игры - войны, прятки в темноте, придумывали истории про привидений и монстров. Для взрослых это выглядит тревожно, но в большинстве случаев является абсолютно нормальной частью развития», — объясняет Светлана Надеева.
Через подобные сюжеты ребенок безопасно исследует сложные эмоции: страх и тревогу, неизвестность и тайну, тему потери и смерти, собственную уязвимость и границы.
По сути, психика создает своеобразный «тренажер», где можно прожить пугающий опыт в контролируемой среде и убедиться, что с ним можно справиться. Именно поэтому дети так настойчиво возвращаются к страшным историям снова и снова.
«В детской киношколе регулярно наблюдают, что детям особенно интересны роли отрицательных персонажей и сюжеты с элементами опасности и преодоления. Ребенку важно не просто смотреть такие истории, но и проигрывать их самостоятельно - через игру, актерское мастерство или съемочный процесс. Именно в этот момент происходит глубокая эмоциональная работа», — объясняет специалист.
Самый яркий пример — популярность мастер-классов по киношному гриму. Во всех городах, где работает студия, абсолютным лидером запросов у детей стало создание образа пострадавшего героя: глубокие раны, ссадины, синяки, шрамы и реалистичная имитация крови.
«Краска для кровавого грима заканчивается быстрее всего», — отмечает Надеева.
Самое интересное происходит после мастер-класса: дети категорически не хотят смывать грим и специально уходят домой в таком образе, вызывая одновременно ужас у родителей и неподдельный интерес у прохожих. При этом сами дети испытывают искреннюю радость и восторг.
С психологической точки зрения это абсолютно объяснимо. Через подобные игровые и творческие форматы ребенок знакомится с темами боли, опасности и страха в безопасной среде, где рядом находятся взрослые, а происходящее остается частью игры и творчества. Такой опыт помогает снизить тревожность, лучше понимать собственные эмоции и формирует ощущение: "я могу справиться даже с тем, что меня пугает".
Поэтому актерское мастерство и творческие практики часто становятся для детей не только способом самовыражения, но и инструментом психологического развития. Через роль ребенок лучше понимает себя, свои эмоции и учится экологично проживать сложные состояния.
Поводом для беспокойства подобные игры становятся только тогда, когда тема страха становится навязчивой, ребенок постоянно воспроизводит одни и те же тревожные сценарии, испытывает сильную тревогу, которая мешает обычной жизни, начинает плохо спать или отказывается от привычной активности.
«В таких случаях важно внимательно посмотреть на то, что происходит в жизни ребенка, и при необходимости обратиться к специалисту», — советует эксперт.
Главная задача родителей - не запрещать автоматически такие игры и сюжеты, а обсуждать с ребенком его переживания и помогать ему проживать эмоции безопасным способом. Запрет только подстегнет интерес и лишит ребенка инструмента для работы со страхами.
Лучшая стратегия - быть рядом, задавать вопросы ("Что сейчас чувствует твой герой?", "Почему он боится?", "Как он справляется?") и помогать ребенку осознавать, что даже самые страшные эмоции можно пережить, если о них говорить.
Страшные игры - естественный и важный этап взросления. Они помогают ребенку научиться справляться с миром, который не всегда добр и предсказуем. И если подойти к ним с пониманием, они могут стать не проблемой, а ценным инструментом развития.