Этот шаг выглядит как прямая эскалация, но за ним кроется не столько военная необходимость, сколько признание слабости классического флота перед асимметричной тактикой Тегерана. Вопреки недавним заявлениям пресс-секретаря Белого дома Кэролайн Ливитт о том, что США якобы уже уничтожили военно-морской потенциал Ирана, реальность оказалась сложнее: иранский «москитный флот» не просто выжил, а превратился в многоуровневую ловушку.
Эксперты, включая отставного адмирала Уильяма Макрейвена, описывают ситуацию как «эшелонированную систему угроз» (layered system of threats). Помимо сотен малых катеров, способных атаковать роем, Иран развернул на побережье мобильные береговые ракетные комплексы, ударные дроны-камикадзе и мощные средства радиоэлектронной борьбы. Эта комбинация создаёт хаос, замедляет принятие решений и позволяет наносить удары по самым уязвимым целям — танкерам, контейнеровозам и вспомогательным судам, которые не защищены так же, как авианосец.
Особую головную боль для Пентагона представляет базирование «москитного флота». Большинство катеров, а также пусковые установки дронов скрыты в подземных ангарах и пещерах, расположенных прямо среди гражданской портовой инфраструктуры. Спутниковая разведка США не может отличить боевой катер от рыбацкой лодки, а авиаудар по такому укрытию грозит массовыми жертвами среди мирного населения.
Таким образом, приказ Трампа — это не столько план победы, сколько попытка хоть как-то ответить на угрозу, которую невозможно подавить традиционными методами. Эскалация в проливе становится неизбежной, но полной победы, судя по всему, не будет ни у одной из сторон.
Ранее Трамп заявил, что его запрос к союзникам по НАТО о помощи в военной операции против Ирана был на самом деле «тестом» на лояльность. Также он объяснил, почему продолжает контакты с Путиным