В комментарии RuNews24.ru управляющий сетью ломбардов «Сияй» Кирилл Толпеко отметил, что на первый взгляд идея использовать цифровые активы в ломбардах кажется экзотической. Однако при более внимательном рассмотрении именно ломбардная модель оказывается одной из наиболее логичных для аккуратной интеграции криптовалюты в регулируемое финансовое поле.
«Финансовая логика ломбардов проста: краткосрочный заем под ликвидный залог. Здесь нет инвестиционной составляющей, сложных финансовых продуктов или ожиданий роста стоимости актива. Задача ломбарда – обеспечить возврат займа, а в случае невозврата – реализовать залог в установленном порядке», — пояснил эксперт.
По его словам, с этой точки зрения криптовалюта концептуально не противоречит залоговой модели. Это цифровой актив с высокой ликвидностью, прозрачным ценообразованием и возможностью оперативной передачи прав. В отличие от физических залогов, она не требует хранения, логистики или страхования в привычном смысле.
Логика работы с таким залогом схожа с традиционной: заем погашен – актив возвращен клиенту, заем не погашен – залог реализован. В этом смысле криптозалог не создает новых системных рисков, а лишь расширяет перечень возможных инструментов в рамках уже существующей модели.
Толпеко также пояснил, что в практике вопрос криптозалога рассматривался еще несколько лет назад с точки зрения и технологий, и процессов. Анализ показал, что с технической стороны рынок готов к такому инструменту. Существуют решения для оценки, хранения и контроля операций с цифровыми активами.
«Во многих странах «криптоломбарды» существуют в рамках бирж, таких как ByBit и Binance. Там можно заложить, например, биткоин и получить нужную сумму. Хоть это и реализуется не в России, но нашим гражданам доступ туда открыт, санкций нет. Государство многое теряет из-за того, что сделки проходят на иностранных площадках: только по данным Центрального банка, объём инвестиций россиян в криптовалюты оценивается примерно в 3,7 млрд рублей».
Ключевым ограничением остается правовая плоскость. Действующее регулирование не позволяет ломбардам легально работать с криптовалютой как с предметом залога. По закону мы можем принимать только движимое имущество, а криптовалюты являются финансовым активом.
В результате рынок, по сути, находится в ситуации ожидания: инструменты есть, спрос потенциально есть, но отсутствуют правила. Чаще всего в дискуссиях звучат три аргумента против криптозалога: волатильность, безопасность и происхождение актива.
«Однако все эти риски в том или ином виде знакомы финансовому рынку. Волатильность учитывается через консервативную оценку и залоговые коэффициенты. Вопросы безопасности решаются за счет холодного хранения и регламентированных процедур доступа. Происхождение цифровых активов может проверяться с помощью специализированных AML-инструментов, которые уже применяются в других органах финансового рынка. Конечно, отлаживание процессов потребует больших вложений со стороны ломбардов».
Большинство этих решений используются за рубежом, в том числе в залоговых моделях. В ряде зарубежных юрисдикций, в частности в США, Швейцарии и странах Азии, цифровые активы уже используются в качестве залога в рамках регулируемых финансовых моделей. Как правило, это не классические ломбарды, а специализированные сервисы залогового кредитования, работающие под надзором регуляторов.
«В России этот инструмент можно достаточно быстро внедрить в уже существующие организации ломбардной сферы. Чего нельзя сказать об изменениях в законодательстве. Интеграция криптовалюты в залоговое кредитование могла бы стать шагом к большей прозрачности рынка и выводу части операций из неформальной зоны. Однако без четкой законодательной базы этот инструмент остается теоретическим».
Ломбардная отрасль технологически готова к работе с цифровыми активами. Но запуск такого продукта возможен только при появлении понятных и прозрачных правил. До тех пор рынок будет находиться в режиме ожидания – с готовой инфраструктурой, но без возможности ее легально использовать.