Нефть — это вчера. Сегодня на кону кое-что важнее
Когда говорят о закрытии Ормузского пролива, все сразу думают об одном: нефть, бензин, цены на заправках. Понятно, привычно, больно для кошелька. Но есть кое-что, о чём почти никто не говорит вслух. Что-то, без чего современный человек не может прожить и дня — буквально.
Под водой, на глубине местами всего 60–80 метров, лежат провода. Тонкие, скромные с виду, они несут в себе почти весь цифровой трафик целого региона. Банковские переводы, звонки, стриминг, корпоративные серверы, военные коммуникации. Всё это — через узкое горлышко одного пролива. И сейчас это горлышко сжимается.
Как это вообще началось
28 февраля 2026 года США и Израиль атаковали Иран, открыв новую большую войну на Ближнем Востоке, которая затронула буквально каждую страну региона. После начала боевых действий Иран объявил о закрытии Ормузского пролива. Корпус стражей исламской революции опубликовал предупреждение, угрожая уничтожить любое судно, которое попытается пройти по этому маршруту. По меньшей мере пять танкеров были повреждены, и около 150 судов застряли на своих маршрутах.
Хуситы тем временем объявили о возобновлении нападений на суда в Красном море в знак солидарности с Ираном — прекратив «режим тишины», действовавший с конца 2025 года. Результат — впервые в истории оба стратегических морских коридора оказались перекрыты одновременно. И именно через них проходят кабели, на которых держится интернет трёх континентов.
«Подобного ещё не случалось»
Аналитики компании Kentik, которая занимается разведкой сетевой инфраструктуры, давно отслеживают происходящее с нарастающей тревогой. И вот их директор по интернет-анализу Даг Мадори произнёс фразу, от которой стало не по себе даже видавшим виды экспертам:
«Одновременное закрытие обеих узких точек станет событием, которое приведёт к глобальным потрясениям. Мне неизвестно, чтобы подобное когда-либо происходило».
Через Красное море проложено около 17 подводных кабелей, обеспечивающих большую часть интернет-трафика между континентами, тогда как маршруты через Ормузский пролив критически важны для связи стран Персидского залива. Кабели в Красном море дают 17 процентов мирового трафика и обеспечивают 80 процентов интернет-данных по маршруту Азия — Европа. Это не абстрактные числа — это ваш банк, ваш мессенджер, ваш рабочий сервер.
Сеть нервов на морском дне
Мало кто задумывается, как именно работает интернет на глобальном уровне. Никаких спутников — вся реальная передача данных идёт по подводным кабелям. В этой паутине есть несколько особенно важных артерий. Кабель FALCON связывает страны Персидского залива с Индией и Египтом — он годами был главной магистралью для всего региона. GBICS/MENA — более современная линия, соединяющая Ирак, Кувейт, Катар и ОАЭ с дата-центрами Индии и Европы. Кабель 2Africa претендует на звание самого протяжённого в мире. Наконец, SeaMeWe-6 — новейший проект, призванный стать дублёром FALCON. Его строительство в этом районе сейчас заморожено подрядчиками.
Вся эта инфраструктура лежит на небольшой глубине, доступной даже для примитивных диверсионных средств. Компания Alcatel Submarine Networks уже объявила форс-мажор и остановила работы по прокладке кабеля в регионе.
У Ирана есть чем ударить
Разговоры о том, что Тегеран может перерезать кабели, — это уже не теория. Иран открыто угрожал странам Персидского залива: если те продолжат размещать американские военные контингенты на своей территории, по кабелям будет нанесён удар. В первую очередь это ударит по ОАЭ и Саудовской Аравии, где расположены центры искусственного интеллекта.
Технические возможности у Ирана есть. С 2007 года страна построила около 20 мини-подлодок класса «Гадир» — субмарины длиной всего 29 метров, способные работать на малых глубинах, ставить мины и запускать торпеды. Именно такое оружие идеально подходит для атаки на кабели в мелководной части пролива.
Даже без прямой атаки угроза реальна: проблема уязвимости кабелей проявилась ещё в 2024 году, когда в Красном море хуситы косвенно повредили три кабеля — они атаковали корабли, а якоря тащились по дну и перерезали коммуникации. Ремонт тогда занял до пяти месяцев.
Amazon уже пострадал. И Starlink тоже
Война добралась до цифровой инфраструктуры раньше, чем многие ожидали. В начале марта Amazon Web Services сообщила о повреждении своих дата-центров в ОАЭ и Бахрейне в результате иранских ударов. Это не слухи и не прогнозы — это уже случилось.
Параллельно разворачивается другой, почти детективный сюжет. Власти Ирана полностью отключили все способы доступа к интернету внутри страны. Тегеран заглушил даже Starlink, который до этого считался практически неуязвимым. 17 марта Министерство разведки Ирана объявило об изъятии сотен терминалов Starlink в ходе общенациональной операции — тех самых устройств, которые США тайно переправили в страну. Использование Starlink объявлено преступлением, в условиях войны — с максимально суровым наказанием.
По данным издания The National Interest, успешное подавление сигналов Starlink в Иране могло быть связано с применением российской системы радиоэлектронной борьбы «Калинка» — Иран, вероятно, стал площадкой для её боевых испытаний. Москва, таким образом, тоже оказалась в этой истории — пусть и за кулисами.
Миллиарды на кону — и всё под угрозой
Компании Amazon, Microsoft и Google потратили годы на строительство центров обработки данных в Персидском заливе, рассчитывая превратить регион в мировой центр ИИ. В мае 2025 года Трамп привёз в регион инвестиционные обещания на 2,2 триллиона долларов. Проект Stargate UAE в Абу-Даби — кампус мощностью 5 гигаватт, крупнейший за пределами США — сейчас завис между двумя фронтами.
Ситуацию усугубляют удары по наземной инфраструктуре, а специализированные ремонтные суда в случае любого повреждения кабеля не смогут войти в акваторию из-за высокого риска атак. Иными словами, авария в зоне боевых действий может стать фатальной для цифровой связи на месяцы вперёд.
Ремонтные суда стоят, мир ждёт
Самое страшное в этой истории — не сам возможный обрыв, а то, что будет после. Ремонт одного кабеля в спокойное время занимает от нескольких недель до шести месяцев. Для этого нужны специализированные суда, которые медленно ползут по дну, находят место повреждения и соединяют провода.
Сейчас ни в Красное море, ни в Ормузский пролив такие суда зайти не могут — Иран закрыл пролив 4 марта, объявив его зоной боевых действий. А переговоров, судя по всему, ждать не приходится: министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи заявил, что вопрос о переговорах с США сейчас не стоит на повестке дня.
В сложившейся ситуации о мирных переговорах даже говорить не приходится
Есть ли запасной выход?
Есть, но пока лишь в теории. По данным Rest of World, уже запущено шесть конкурирующих проектов наземных оптоволоконных коридоров — через Сирию, Ирак, из Омана в Египет, через Восточную Африку. Это как чертёж пожарного выхода, который не успели достроить.
В случае повреждения сетей возможны замедление интернета, перебои в работе банков и облачных сервисов — и всё это в зоне, куда кабельные суда сейчас просто не могут зайти.
Пока мировые СМИ считают повреждённые танкеры и следят за ценой барреля нефти, под водой тикает другой таймер. Цифровой. И когда он сработает — это почувствует каждый, у кого есть смартфон.