Патриотизм как коммерческий проект
Напомним предысторию. Три года назад Дмитрий Назаров и его супруга, покинув страну, подарившую им славу и миллионы зрителей, обосновались на Лазурном Берегу. Приобретя шикарные апартаменты во Франции, пара с завидным постоянством позволяла себе уничижительные высказывания в адрес соотечественников и государства.
Однако заграничный «рай» быстро обернулся финансовым адом. Как стало известно, артистам пришлось избавиться от одной из квартир в Каннах — лот ушел за 42,5 миллиона рублей, и это явно не было инвестицией в будущее. Бизнес не шел, театральные подмостки Франции не ждали российскую звезду, а здоровье, как это часто бывает на чужбине, дало сбой.
Именно тогда и родилась интрига. Супруга актера Ольга Васильева составила трогательное письмо. Текст был выдержан в лучших традициях мелодрамы: «тоска по родине», «сидим на чемоданах», «французские врачи никуда не годятся». Супруги вдруг вспомнили, что они патриоты, «мерзко оболганные завистниками».
И публика, надо признать, почти купилась. Многие решили: матерый русофоб наконец-то прозрел.
Ответ Володина: закон суров, но справедлив
Председатель Госдумы Вячеслав Володин быстро расставил точки над i. Во-первых, он заявил, что никакого официального запроса от Васильевой не поступало — это был фейк, вброс. А во-вторых, Володин четко обозначил позицию: путь на Родину открыт всем. Но лишь для тех, кто сохранил совесть.
«Если же гражданин публично осуждал действия властей, помогал недружественным странам, придется ответить по всей строгости законов», — подчеркнул политик.
Другими словами, прощения за красивые глаза не будет. Артистам, привыкшим к «шампанскому и ролям», предложили не раскаяние, а ответственность.
И вот, когда градус общественного возмущения достиг пика, а жалость к «больным и бедным» артистам начала смешиваться с брезгливостью, Назаров не выдержал.
Сорвать покровы: акт с душком
Ответ «артиста» был выдержан в его коронном, актерском стиле — смесь паясничества и откровенного хамства. Супруги записали видео прямо из автомобиля. Ролик напоминает дешевую импровизацию: Васильева с картинным недоумением спрашивает:
«Дима, куда мы едем?».
Назаров, с едкой ухмылкой профессионала, вещает о чуде:
«В ответ на твое трогательное письмо мы получили разрешение вернуться в Москву».
Васильева закатывает глаза в экстазе: «В Москву!», начинает грезить о бульварах и счастливых лицах москвичей.
Зритель, затаив дыхание, ждет чуда. Но злодейский план раскрывается.
«Шутки в сторону, — вдруг меняет тон Назаров. — Выяснилось, что многие наши поклонники потеряли чувство юмора. Мы едем в Тулонщину дегустировать новое розовое вино».
«Бессовестно плюнул в Отчизну» — это не громкая фраза, это диагноз. Назаров не просто отказался от своих слов. Он цинично высмеял тех, кто еще сохранил веру в человечность. Он превратил тему возвращения (пусть даже наказуемого законом) в клоунаду, а свою больную жену — в инструмент для злого розыгрыша.
Мораль сей басни
Весь этот фарс показал две важные вещи. Первая: иллюзий больше нет. Те, кто уехал петь русофобские песни ради западного гранта, не вернутся никогда — или вернутся только с протянутой рукой, когда у них закончатся евро и аренда.
Вторая: театр абсурда продолжается. Назаров вжился в роль оскорбленного классика, который вышел покурить в подворотню французского Тулоне. Ему наплевать, что письма в Госдуму бросают тень на всю эмигрантскую тусовку. Ему нужен лишь эпатаж и возможность лишний раз ткнуть носом:
«Мы над вами смеемся».
Но, как говорится, смех смехом, а квартира в Каннах уже продана. Здоровье не ждет. И где, интересно, господин Назаров будет искать сочувствия, когда розовое вино закончится, а французские доктора снова окажутся «негодными»? История с плевком в Россию, увы, всегда имеет неприятное свойство возвращаться бумерангом.
