«Мне было ужасно стыдно»: признание после скандала в Красноярске
Переломный момент произошел летом 2024 года на концерте в Красноярске, посвящённом Дню металлурга. Там Глюкоза, по её собственным словам, «оступилась». Со сцены звучали не только песни, но и нецензурная лексика, а поведение певицы вышло далеко за рамки привычного шоу. Позже она объяснила это глубоким эмоциональным потрясением: накануне умерла её бабушка, а на фоне длительного приема антидепрессантов и усталости контроль над собой был утерян.
«Это было впервые за мою профессиональную деятельность… Мне захотелось всё с себя содрать, всё изменить», — призналась она в эфире шоу Дмитрия Диброва «Сессия».
Это признание стало первым сигналом: за эпатажем скрывается не просто желание шокировать, а внутренний кризис, требующий выхода.
Белые брови, короткая стрижка и новый стиль: эстетика «другой» женщины
После скандала последовала полная трансформация имиджа. Глюкоза появилась с короткой рок-прической, отбелёнными бровями и макияжем преимущественно в белых тонах. Этот образ, напоминающий футуристический перформанс, стал её новой визитной карточкой. В интервью она подчеркивает, что ей нравится новая внешность особенно потому, что теперь не нужно тратить часы на укладку.
«Год назад я подобную стрижку и представить на себе не могла… Если бы я не стала артистом, то была бы стилистом или визажистом», — говорит она, демонстрируя искреннюю увлеченность визуальной эстетикой.
«Мама, что случилось?»: реакция детей и защита со стороны семьи
Особую волну обсуждений вызывает поведение певицы в контексте материнства. У Натальи двое дочерей 18-летняя Лида и 14-летняя Вера. Многие подписчики задаются вопросом: как дети воспринимают публичные скандалы матери? Однако сама Глюкоза утверждает, что девочки — её главные поклонницы. Они не только поддерживают её, но и сами экспериментируют со стилем, вдохновляясь мамой.
«Они смотрят на меня и сами меняют свой стиль, образ… У старшей уже есть татуировка», — с гордостью делится артистка.
А Лида в соцсетях прямо заявила:
«Все, что я могу, это быть рядом».
Такая поддержка со стороны близких, возможно, и даёт Глюкозе силы игнорировать критику. Несмотря на обвинения в безумии, наркотической зависимости и утрате вкуса, певица сохраняет спокойствие.
«Я давно в шоу-бизнесе… Какие-то комментарии кажутся мне смешными», — говорит она.
Глюкоза подчеркивает, что давно перестала зависеть от чужого мнения, хотя и признаётся, что иногда читает комментарии. Для неё публичность — не повод для самоограничения, а пространство для свободы.
«Я никогда не была пай-девочкой»: переосмысление прошлого
В беседах с журналистами и ведущими (в том числе с Павлом Волей) Глюкоза неоднократно заявляла: образ «милой девочки» был навязан продюсерами, а не её истинной сутью. К 40 годам она решила «посмотреть на себя со стороны» и увидела женщину, жаждущую экспериментов, электронной музыки и визуального радикализма.
«Когда женщина меняется, это прежде всего внутренние перемены», — объясняет она.
Её новый альбом, представленный в московском клубе в откровенном наряде (топ, колготки и стринги), стал продолжением этой трансформации. Танцы, напоминающие стриптиз, — не просто провокация, а часть нового артистического высказывания.
Провокация ради славы или искренний крик души?
Некоторые инсайдеры шоу-бизнеса предполагают, что эпатаж — лишь способ вернуть внимание в условиях угасающей популярности. Однако поведение Глюкозы слишком последовательно и болезненно, чтобы сводить его к маркетинговому ходу. Скорее, это попытка вырваться из клетки образа, в котором она оказалась ещё в юности.
Но сама артистка утверждает: сейчас она счастлива. И, возможно, именно в этом — главный ответ на все вопросы. Глюкоза больше не хочет быть «мультяшной девочкой». Она выбирает быть «другой» — непредсказуемой, провокационной, иногда уязвимой. Её путь не просто смена имиджа, а болезненное, но необходимое переосмысление себя в зрелом возрасте. И если раньше её слушали за нежные баллады, то теперь за смелость быть собой, какой бы странной она ни казалась окружающим.