«Эксклюзивная» Евхаристия: когда вера превращается в чек
Маша Малиновская утверждает, что для Киркорова Пасха — это не Воскресение, а очередной красная дорожка для еды. По её мнению, его кулич — не символ крови и тела Христа, а статусный аксессуар, такой же, как сумочка Birkin или туфли на платформе. Малиновская подчеркивает: пока обычные люди пекут в духовках свой простой кулич с молитвой, Филипп выставляет под хрусталь булку, цена которой сопоставима с зарплатой учителя за полгода.
Но самое печальное, по словам блогера, даже не в цене. Она называет это «тотальной неспособностью отличить сакральное от потребительского». Малиновская напоминает о скандальных джинсах Киркорова с крестами в районе гульфика. Она отмечает, что певец тогда искренне не понял волны возмущения — для него крест оказался просто орнаментом, как леопардовый принт или логотип люксового бренда.
«Он топчется по святыням буквально, а потом искренне шокирован реакцией», — заявляет Малиновская.
Теперь, по её мнению, он топчет духовный смысл Пасхи, заменяя внутреннее содержание внешней упаковкой.
Часовня в усадьбе: декорации для инстаграма
Малиновская указывает на парадокс: Киркоров и его окружение обожают козырять набожностью. У него, напоминает она, в подмосковной усадьбе есть личная часовня, иконы в золотых окладах, он любит вставать в полусогнутую позу с зажженной свечой на камеру. Однако блогер называет это всё бутафорией и декорациями для очередного выпуска светской хроники.
По убеждению Маши Малиновской, истинная вера аскетична. Она молчит в Страстную пятницу и не требует отчета в сторис о стоимости освященной сдобы. Но тишина, по её словам, для Киркорова — синоним смерти. Ему нужны заголовки. Малиновская утверждает, что певцу необходимо, чтобы его кулич обогнал по цене кулич Бузовой или Баскова. Она называет это «гонкой вооружений в мире безвкусного гламура, где главное оружие — чек с пятью нулями».
Хрусталь как кокон пустоты
Задаваясь вопросом, зачем человеку кулич за сто тысяч рублей, Малиновская сама же на него отвечает:
«Чтобы доказать: "Я не такой, как вы. Я ем золото и хрусталь, пока вы месите тесто на своей кухне"».
Она называет это высокомерием нувориша из лихих 90-х, которое лишь переоделось в пиджак от Симачева — но суть, по её мнению, не изменилась. Психология таких людей, объясняет блогер, проста: они не способны создать ничего подлинного — ни любви, ни тишины в душе, ни настоящей молитвы — поэтому всегда уходят в гипертрофированную форму. В хруст банкнот, в стразы, в «эксклюзивность». Малиновская считает, что они боятся заглянуть внутрь себя, потому что там пустота. И хрустальный купол над куличом, по её словам, — это не защита святыни, а кокон, за которым прячется страх перед собственной ничтожностью.
Вечный мальчик в песочнице с золотой лопаткой
Малиновская напоминает, что Страстная пятница предполагает сопереживание страстям Христовым. Киркоров же, по её наблюдению, в этот день сопереживает только одному — как бы его «люкс-кулич» не затмил чужой. Она называет певца «вечным мальчиком в песочнице», который хвастается новой игрушкой. Только игрушки, иронизирует Малиновская, стали дороже (сто тысяч рублей за булку), а смысла — еще меньше. По её твёрдому убеждению, никакие иконы на стенах, хрустальные колпаки и дизайнерские штаны не заменят отсутствующего стержня.
«Можно выложить мозаикой весь пол в усадьбе, но нельзя купить понимание того, зачем вообще нужна Пасха», — резюмирует блогер.
Филипп Киркоров, по словам Маши Малиновской, искренне шокирован ценой собственного кулича — и всё равно выставляет это напоказ. Она утверждает, что он живёт в параллельной реальности, где важнее не работа души, а работа пиар-службы. Глядя на это «великолепие» под хрустальным куполом, Малиновская делает вывод: между Киркоровым и духовностью пролегает бездна размером с его многомиллионные гонорары. Самый простой кулич, испечённый бабушкой с любовью, весит в вечности больше, чем весь хрустальный сервиз Симачева. Но бабушка, заключает блогер, молчит. А Филиппу Бедросовичу, увы, молчать не дано.