Как бухарец оказался в Сызрани
Инна родилась и выросла в узбекской Бухаре, где прожила 35 лет, не сталкиваясь с притеснениями. По её словам, переезд в Россию был вызван «стадным чувством»: массовый отъезд соседей, родственников и одноклассников подтолкнул семью к переменам. В Сызрани она оказалась более 20 лет назад, именно там родилась её дочь. Первым местом работы стал магазин, но постоянные недостачи и подозрения между сменами быстро вымотали чувствительную женщину. Тогда она решила попробовать себя в уборке подъездов — сначала взяла один, потом два, три, и в итоге осталась в этой профессии на 12–13 лет.
Инна признаётся: работа уборщицей — вовсе не адский труд, вопреки расхожему мнению. Грамотное планирование позволяет ей справляться даже с 44 подъездами. Женщина заранее рисовала себе график на месяц: ранний выход, возвращение к часу дня, а затем время на дом, сад и любимых курочек. При этом она умудрялась слушать в наушниках аудиокниги, находить общий язык с жильцами и даже обзаводиться подругами, с которыми до сих пор пьёт чай. Случайные встречи с пьяными в подъездах её не пугают — по словам Сумбаевой, те обычно сразу уходят, завидев её.
Коврики и коллекция чашек
Инна считает, что многое о жильцах могут рассказать дверные коврики. За это утверждение ей нередко достаётся в комментариях, где её обвиняют в осуждении людей. Однако женщина стоит на своём: ежедневно вытряхиваемые, чистые половики говорят о хозяевах гораздо больше, чем изорванные в клочья тряпки. Порой, по её мнению, отсутствие коврика лучше, чем его жалкое подобие. Главной отдушиной для неё стала коллекция чайных и кофейных пар. За несколько лет собралось более ста экземпляров: что-то куплено самой, многое подарено подписчиками, а один спортсмен прислал набор аж из Португалии.
Желание проявить себя зрело в Инне давно — не выйти на сцену, а просто рассказать о своей жизни. Когда появилась возможность снимать видео, она долго стеснялась: страшили старая внешность, несовременный дом и «непрестижная» работа. Однако, присмотревшись к другим блогерам, женщина поняла, что ждать нечего. Первый же ролик набрал миллион просмотров, хотя сама она ожидала насмешек и забвения.
Секрет успеха, по мнению Сумбаевой, в предельной честности. Она не пыталась приукрасить резиновые сапоги, синий халат или цинковое ведро. Вместо этого она показала миру, что в подъездах могут висеть картины, стоять цветы и происходить трогательные знакомства. После взлёта популярности на неё подписались Катя Гордон, Лера Кудрявцева, Рита Дакота и Сергей Пенкин, который сам когда-то работал дворником. А когда к ним присоединилась Алла Пугачёва, Инна сначала не поверила, решив, что это фан-клуб. Сейчас она воспринимает это как жест поддержки, но признаётся: было невероятно приятно.
Зарплата чище, чем в магазине
Инна не скрывает финансовой стороны профессии. В Сызрани, работая на две управляющие компании и параллельно убирая «стихийные» подъезды (где жители нанимали её сами), она выходила на доход в 140–150 тысяч рублей — шикарную сумму для небольшого города. Расценки варьировались от полутора до семи тысяч с подъезда. Самыми дорогими оказались 14-этажки, которые можно вымыть за 2,5–3 часа. Девятиэтажка требовала полутора часов, а пятиэтажка — всего 30 минут при наработанной скорости.
Женщина объясняет, почему выбрала именно подъезды, а не квартиры: в Сызрали спрос на клининг низок, а чтобы заработать те же деньги на уборке квартир, пришлось бы мыть их в нереальном объёме. Подъезды оказались выгоднее.
Московские будни и мечта о ремонте
Переехав в Москву, Инна не изменила профессии. Сначала она работала в ЖК: 20-этажный дом с большим лобби, гостевым туалетом и ремонтом на всех этажах. При зарплате в 100 тысяч и графике с 7 утра до 7 вечера это было тяжело. Позже она мыла галереи и туалеты в «Зарядье», включая Английский дворик XV века. Там же она столкнулась с тем, что уборщиц отправляют туда, куда нужно («куда пошлют, то и моем»). С 1 марта её управляющую компанию убрали из ЖК, и с 10 марта Сумбаева трудится в лечебном центре.
Главная мечта — заработать на квартиру в Москве — кажется ей почти нереальной. Женщина знает математику: 80–120 тысяч для уборщицы в столице — это хорошо, но даже с учётом поднятых зарплат и нескольких мест работы на жильё в Москве сейчас тяжело накопить практически всем. Поэтому более практичной целью стал ремонт её старого сызранского дома 1918 года постройки. «В нём можно жить, есть газ и свет, но снаружи он ужасен», — делится она. Если не выйдет с квартирой, она вложится в домик, чтобы обеспечить себе спокойную старость.
Совет хейтерам и ответ критикам
Насмешки в духе «что там сложного — всё просто» Инна парирует спокойно: предлагает скептикам взять швабру, тряпку и попробовать самим. Сравнивает это с выпечкой торта — у всех есть духовка, но не каждый станет кондитером. Признаётся, что в 58 лет работать 12 часов с часовым перерывом на обед физически тяжело, но реально.
Хейтеры пишут регулярно. Одну историю Сумбаева запомнила особенно: некая женщина назвала её «ничтожеством». Сначала она обижалась, а теперь научилась отвечать с юмором. Блогу сейчас уделяет меньше времени — сказывается единственный выходной и огромные московские расстояния, но забрасывать своё детище она не намерена.
Инна Сумбаева не считает себя звездой, хотя в метро к ней подсаживаются, в «Зарядье» просят фото, а её жизнь стала «поинтереснее». Её совет тем, кто стесняется профессии уборщицы: «В эту профессию идут те, кто готов. Если нужно заработать — стеснение отключается». У неё самой оно отключилось полностью. И, кажется, именно в этом и кроется главный секрет её популярности: никаких розовых очков, только швабра, тряпка и огромное желание жить честно.