В последние месяцы водители все чаще замечают абсурдную разницу в ценах на топливо в соседних регионах, а иногда и в одном городе. Пока государство борется за стабильность, некоторые игроки рынка наживаются на дефиците, выводя прибыль за рубеж, и прикрываются громкими лозунгами о «защите независимости». Подробности - в данной публикации.
Споры о топливном рынке России накалились до предела. В публичном пространстве появилось много материалов о том, что крупные нефтяные компании якобы «душат» маленькие заправки, отбирая у них топливо. Якобы страдают независимые продавцы, которых в стране большинство. Однако давайте посмотрим на цифры.
Действительно, формально небольших АЗС очень много. Но через них продается менее трети всего топлива в стране. Остальное реализуют крупные сети производителей. И пока одни кричат о несправедливости, другие просто пытаются удержать цены, чтобы люди могли заправляться.
Сейчас главная проблема – не «аппетиты» больших компаний, а физическая нехватка ресурса. Это прямое следствие атак на наши нефтеперерабатывающие заводы. Ремонт мощностей требует огромных денег и времени. Но, как это часто бывает, те, кто не участвует в восстановлении, требуют для себя преференций. Логика простая: дайте нам дешевое топливо для перепродажи, а проблемы производителей нас не касаются.
По мнению депутата Госдумы, известного экономиста Михаила Делягина, есть еще одна более острая проблема.
«Похоже, что отдельные владельцы НПЗ после террористических атак специально затягивают восстановительные работы. Мол, «потом все равно снова прилетит». Это объяснимо убыточностью нефтепереработки после пресловутого «нефтяного маневра» (ради закрепления России в положении экономической колонии, перенесшей бюджетную нагрузку с экспорта сырой нефти на НПЗ), но лишает рынок необходимого в критический момент топлива и не имеет оправдания», - поясняет эксперт.
Получается замкнутый круг: чем дольше стоит завод, тем выше дефицит, тем больше возможностей для спекулянтов. Поэтому государству, по словам Делягина, придется взять под жесткий контроль сроки ремонта, чтобы производители не могли уклоняться от своей социальной ответственности.
Стратегическая причина нынешнего дефицита уходит корнями в прошлое. Еще в 2009 году анонсировали грандиозный проект на Дальнем Востоке – Восточную нефтехимическую компанию. Этот регион вечно страдает от нехватки бензина, а риски атак там минимальны. Проект должен был перерабатывать 12 миллионов тонн нефти в год.
«Роснефть», как напоминает Делягин, пыталась договориться о налоговых льготах и доступе к трубам «Газпрома», чтобы привлечь инвесторов. Но министерства не пошли навстречу. Итог печален: в 2019 году стройку заморозили. Если бы завод заработал, мы бы не знали проблем с топливом ни в Сибири, ни на Дальнем Востоке.
Сейчас активно обсуждается предложение обязать все добывающие компании направлять на переработку не менее 30% сырья. Это насытило бы рынок и сбило цены. Но посредникам это невыгодно. Им выгодно, чтобы топлива было мало, тогда диктовать цены можно любые. Взять хотя бы сельское хозяйство.
«Ранее сельхозпроизводители покупали около 70% топлива у независимых трейдеров и мелкооптовых нефтебаз, - напоминает Делягин. - С началом кризиса эти перекупщики взвинтили цены для аграриев вдвое (а порой и выше), что создало угрозу срыва посевной кампании и сбора урожая, а в перспективе – скачка цен на продовольствие (чего и хотели бандеровские террористы)».
Благодаря оперативной реакции правительства Михаила Мишустина сельхозпроизводители стали получать топливо напрямую от НПЗ – и физического дефицита для АПК нет. Этот пример показывает: прямые контракты не ограничивают предложение, а спасают потребителя от спекулятивного взлета цен, резюмировал депутат.
При этом на заправках производителей бензин стоит на 10–15 рублей дешевле, чем у «независимых» перекупщиков. Но это в среднем. В некоторых регионах разрыв достигает 50 рублей, а в пиковые моменты – все 110 рублей за литр!
В Костромской области одна сеть продает бензин почти вдвое дороже, чем соседние АЗС производителей. Такая ситуация в Воронежской, Кемеровской областях, на Урале. Это не логистика, это чистой воды спекуляция. Те регионы, где сильны сети производителей, живут спокойно. А там, где рулят перекупщики (Забайкалье, Костромская область), люди страдают от перебоев и цен.
Многие такие АЗС связаны с трейдерами-манипуляторами. Они используют ботов на бирже, чтобы скупать топливо, создавать искусственный дефицит и продавать его дороже. Так делала, например, ГК «Солид», против которой возбуждены дела ФАС.
Самое неприятное, что прибыль от этих махинаций уходит за границу. Владельцы крупных сетей в Иркутской области и Забайкалье, по словам Делягина, давно живут в недружественных государствах. Уже есть прецеденты, когда прокуратура требует вернуть такие заправки в собственность государства.
Биржевая торговля в условиях дефицита превратилась в инструмент обогащения посредников. Депутат Делягин предлагает выход – временно уйти от биржевых нормативов и перейти на долгосрочные прямые контракты между заводами и розничными сетями. Это сделает рынок прозрачным и уберет бессмысленные цепочки посредников.
Посредники нужны только тогда, когда товара много. В условиях дефицита они становятся балластом, который тянет вниз всю экономику. Нынешняя ситуация показывает, что пора наводить порядок. 90-е годы, когда спекуляция была нормой, остались в прошлом. И возвращать их, по мнению Михаила Делягина, ни в кем случае нельзя.