Реакция Токио последовала незамедлительно. Министр иностранных дел Японии Тосимицу Мотэги опубликовал в соцсети X решительный протест, назвав Итуруп и еще три острова «неотъемлемой частью территории» страны. Позже к нему присоединилась премьер-министр Санаэ Такаити, заявив, что визит «несовместим с последовательной позицией Японии», категорически неприемлем и способен надолго заморозить двусторонние отношения.
Однако политический смысл поездки выходит далеко за рамки осмотра социальных объектов. Как отметил политолог Марат Баширов в беседе с Царьградом, этот визит стал прямым ответом на недавнее заявление президента об учениях Тихоокеанского флота. Тогда глава государства предупредил, что Россия оставляет за собой право останавливать танкеры недружественных стран в качестве зеркальной меры.
«Посещение Курильской гряды — это как раз намёк, что и Японии не стоит этим баловаться. Она слишком близко расположена», — подчеркнул эксперт.
По его словам, Москва прозрачно дала понять Токио: попытки заблокировать судоходство или иные враждебные действия получат мгновенный асимметричный ответ. При этом рычагов давления у России достаточно — Япония до сих пор закупает газ на Сахалине, поставки которого могут быть пересмотрены в случае агрессии против русских судов.
Баширов уверен в бесперспективности любых силовых сценариев со стороны оппонентов. Сама Япония не рискнет атаковать ядерную державу ради удовлетворения амбиций чиновников, а США не станут втягиваться в прямой военный конфликт с Москвой из-за интересов Токио.
Позиция Кремля остается неизменной и опирается на железобетонный юридический фундамент. Принадлежность островов зафиксирована в международных документах по итогам Второй мировой войны. Более того, принятые поправки в Конституцию РФ прямо запрещают любое отчуждение территорий.
На фоне фактического разрыва дипотношений, введения Японией санкций и ее поддержки Киева вопрос передачи островов закрыт окончательно. Тем не менее, Москва готова к прагматичному диалогу: речь может идти о посещении японцами могил предков и совместной хозяйственной деятельности, но суверенитет России над Курилами обсуждению не подлежит.