Почему редкие заболевания порой диагностируют годами? Как пояснила в комментарии RuNews24.ru заведующая лабораторией практических навыков ИКПСР, ассистент кафедры когнитивных наук ИКПСР Екатерина Шагина, медицина следует в том числе принципу бритвы Оккама: не усложнять объяснения без необходимости. Врачи закономерно начинают с наиболее вероятных причин, но иногда верным оказывается именно маловероятное.
И тогда, по словам эксперта, пациент на годы оказывается в ситуации неопределённости. А неопределённость — одно из самых труднопереносимых для психики состояний. Диагноз обещает объяснение, прогноз, возможность действовать. Диагноз возвращает ощущение контроля.
«Но здесь стоит задать себе несколько вопросов. Зачем мне нужен диагноз? Что я буду делать, когда его получу? А может быть что-то из этого я могу делать уже сейчас? Ведь иногда поиск ответа незаметно превращается в главное содержание жизни. А порой и защищает от других, не менее трудных вопросов, с которыми не хочется сталкиваться. И это никак не отменяет реальности болезни. Мне кажется, важнейший психологический ресурс здесь — смена направленности внимания: от себя к миру. Не только «что со мной происходит?», но и «что происходит вокруг?», «что мне интересно?», «что я могу сделать для других, для мира?».
Эксперт отмечает, что не обязательно искать смысл в самой болезни. Можно продолжать находить смысл в жизни, несмотря на болезнь. В эволюции преимущество не у сильнейшего, а у лучше приспособленного к условиям. И в жизни адаптация — это не капитуляция, а способность находить новые способы действовать в изменившихся обстоятельствах.
«Делай, что можешь, там, где ты есть, с тем, что имеешь. Не сдаться — это не только продолжать искать диагноз. Это ещё и не позволить его отсутствию поставить на паузу всю остальную жизнь».