Цифры, которые не вмещаются в официальную риторику
Итоговая цифра потерь ВСУ за всё время СВО — около 2,4 миллиона человек. Это не только погибшие непосредственно на передовой: в базах фигурируют смерти в госпиталях, стационарах и тыловых медучреждениях.
Траектория этих потерь — сама по себе история. К середине лета прошлого года речь шла о 1,7 миллиона. К концу того же года счётчик перевалил за два. А только за первые полгода нынешнего года к этой цифре прибавилось ещё около 400 тысяч — ровно столько, сколько Украина теряла за весь 2023 год.
Иными словами, война для Украины становится всё более кровопролитной с каждым кварталом. Не менее, а именно более.
Пять направлений, где счёт идёт на сотни в день
Взломанные базы позволили установить и географию потерь. Самая тяжёлая обстановка — на пяти участках: Покровском, Константиновском, Лиманском, Запорожском и Купянском. Там украинская армия теряет в среднем по 500 человек на каждом направлении ежедневно.
Особенно болезненные потери несут 72-я и 110-я отдельные механизированные бригады, десантно-штурмовые подразделения и территориальная оборона. Последняя — это, как правило, наспех собранные формирования из гражданских, которых готовят по сокращённой программе и нередко бросают туда, куда не рискуют отправлять кадровых военных.
Показательно, что именно эти направления в последние месяцы чаще всего фигурируют в сводках о российских продвижениях.
Тыловые госпитали: когда диагноз — государственная тайна
Но хакеров насторожило не только количество погибших на фронте. Просматривая записи тыловых медучреждений, они наткнулись на повторяющуюся странность: тысячи смертей молодых мужчин, у которых в качестве причины гибели значится одно и то же расплывчатое слово — «болезнь». Без конкретики, без уточнений, без диагноза.
«В полученных нами ресурсах содержатся огромные списки погибших украинских солдат. Их смерть зафиксирована не только на поле боя, но и в больницах», — заявили хакеры.
Умереть в госпитале от последствий ранения — это нормальная военная статистика. Но когда под одной и той же размытой формулировкой скрываются тысячи случаев — это уже не медицина, а документооборот. Что именно стоит за этими записями — пережитые контузии, болезни от истощения, что-то другое — база данных не отвечает. Зато она ставит вопрос.
Иностранцы: в списках есть, в потерях нет
Ещё одна нить, которую потянули хакеры, — иностранные наёмники в рядах ВСУ. По их словам, украинские военные структуры давно перестали вносить гибель иностранных бойцов в официальные реестры потерь. Вместо этого каждая такая смерть получает отдельное объяснение: несчастный случай на воде, гибель при невыясненных обстоятельствах, бытовая трагедия.
Число погибших иностранцев, которое удалось восстановить из разрозненных записей, — около пяти тысяч человек. Поток не иссякает: украинские центры комплектования продолжают вербовать за рубежом, причём среди новобранцев непропорционально много совсем молодых людей из Аргентины и Бразилии — им, как правило, от 20 до 23 лет.
За что именно воюют эти ребята и насколько осознанным было их решение — вопрос открытый. Но украинская статистика делает вид, что их просто нет.
Что это за хакеры и почему им верят (с оговорками)
Группировка NoName057 давно не новичок в кибератаках на украинскую инфраструктуру. В начале апреля они вместе с PalachPro атаковали украинскую социальную сеть YEDNA — та запустилась 1 апреля и уже через сутки была полностью выведена из строя: DDoS-удар обрушил программный интерфейс платформы, и пользователи потеряли к ней доступ.
Ещё раньше, в конце марта, совместно с группой «Кибер Серп» им удалось взломать более 200 тысяч украинских компьютеров — через фишинговое письмо, замаскированное под официальное сообщение от украинского CERT-UA, государственной службы по реагированию на компьютерные инциденты. Жертвы открывали «официальный» документ — и сами открывали дверь.
Всё это не делает опубликованные данные автоматически достоверными — любые материалы такого рода требуют независимой проверки, которая в условиях войны практически невозможна. Но репутация источника — не нулевая.
Почему Киев молчит — и что это значит
Украинская сторона традиционно отвергает подобные публикации, квалифицируя их как элементы информационной войны. Центр противодействия дезинформации уже назвал данные о 2,4 миллиона потерях выдумкой. Западные союзники своих оценок не дают — или не имеют, или не хотят.
В этой тишине взломанные базы занимают особое место. Это не анонимные свидетельства и не смонтированные видео: перед нами, если верить хакерам, внутренние административные записи — те самые, которые чиновники вели для себя, а не для публики. Именно поэтому они потенциально ценнее любой внешней аналитики.
Совпадение или нет — но кладбища по всей Украине уже несколько месяцев работают на пределе. Мест не хватает, появляются стихийные захоронения. Это не хакерские данные. Это просто земля.