От криминального авторитета до штурмовика: фронтовой маршрут
Пятьдесят пять лет исполнилось Александру Шарапову, когда он принял решение отправиться на фронт. В военных документах и среди сослуживцев он фигурировал под лаконичным позывным «Дед». Его путь в рядах Вооруженных Сил РФ начался с участия в штурмовых подразделениях, известных под общим названием «Шторм». Позднее, учитывая определенный жизненный и силовой опыт, ветерана криминальных войн перевели в элитное подразделение — 423-й гвардейский мотострелковый полк, носящий почетное наименование «Ямполь».
Именно в составе этого полка, 25 мая, группа бойцов, среди которых находился и Шарапов, выдвинулась на выполнение боевой задачи на Краснолиманском направлении. С того дня мужчина пропал без вести. Долгое время в окопах ходили упорные слухи, что «Дед» мог угодить в украинский плен. Однако эти домыслы развеялись, когда родным пришла официальная справка о гибели. Из-за непрекращающихся артобстрелов и сложной оперативной обстановки эвакуация тела на родину временно невозможна, а дата прощания до сих пор не назначена.
Посмертные разборки: гражданская жена против свекрови
Как это нередко бывает в подобных историях, кончина кормильца мгновенно обнажила скрытые противоречия в семье. Между ближайшими родственниками погибшего вспыхнул непримиримый имущественный конфликт. На передовую в борьбе за активы вышла гражданская супруга Шарапова. Женщина, которая воспитывает шестерых детей от покойного бригадира, твердо намерена через судебные инстанции доказать свои права на жилплощадь и оформить все полагающиеся по закону выплаты и компенсации. Юридический фундамент ее позиции крепок: отцовство Александра в отношении всех детей уже официально подтверждено соответствующими документами.
Однако на пути истицы встала родная мать погибшего криминального босса. Пожилая женщина категорически отказывается признавать статус гражданской невестки и ее детей. Более того, она настроена решительно защищать квадратные метры и не желает делить наследство с «чужаками». Эксперты прогнозируют, что данный семейный спор неизбежно перерастет в затяжные судебные тяжбы, где будут рассматриваться не только вопросы собственности, но и статус наследников.
Эпоха «Ореховских»: громкие расправы и бегство из столицы
Чтобы понять масштаб личности Александра Шарапова, необходимо обратиться к мрачной хронике лихих девяностых. Его имя было неразрывно связано с «Ореховской» ОПГ — одной из самых жестоких и влиятельных московских бандитских структур того десятилетия. На счету «Шарапа» и его подельников числилось множество заказных убийств, рэкета и вооруженных налетов. Следствие доказало его причастность минимум к пяти эпизодам с летальным исходом.
Самым резонансным преступлением, в котором фигурировала фамилия Шарапова, стала ликвидация в Греции легендарного беглого банкира и киллера Александра Солоника («Саши Македонского») и его спутницы, фотомодели Светланы Котовой. Охоту на них вела группировка Александра Пустовалова («Саши Солдата»), однако подельники из «Ореховых» обеспечивали поддержку и логистику этой трансъевропейской операции. Еще один кровавый эпизод произошел в 1997 году, когда банда совершила дерзкое вооруженное нападение на офис компании «Орбитал ЛТД». В ходе перестрелки погибли трое стражей порядка. Когда большинство участников налета были арестованы, Шарапову удалось раствориться в тени.
Шестнадцать лет в берлоге: от международного розыска до ареста
В 2001 году беглый бригадир был объявлен в международный розыск. Казалось, следы матерого преступника потеряны навсегда. Однако оперативники вышли на его след лишь спустя полтора десятилетия. Летом 2017 года сотрудники спецслужб провели задержание в одной из глухих деревень под Суздалем. Выяснилось, что все эти годы бывший бандит с семьей вел образ жизни радикальных отшельников, полностью отрезав себя от цивилизации и стараясь не привлекать к себе внимания.
Теперь история Александра Шарапова сделала новый, парадоксальный виток. Человек, чье прошлое залито кровью, а имя навечно вписано в учебники криминалистики как символ эпохи беспредела, нашел свой конец на современной линии боевого соприкосновения, оставив после себя не только память о лихих девяностых, но и очередной повод для судебных разбирательств.