Из тайги на передовую: путь якутского парня
Дьулустаан родился и вырос в селе Марха Республики Саха — месте, где зимой температура опускается ниже минус пятидесяти, а люди привыкли к суровости природы. Но даже якутская закалка не подготовила его к тому, что ждало впереди. 21 сентября 2022 года, в день его 24-летия, пришла повестка. Частичная мобилизация была объявлена накануне, и судьба распорядилась так, что призыв совпал с личным праздником. Уже на следующий день Дьулустаан оказался в военкомате. Через несколько недель он стоял у танка на Запорожском направлении.
«Там я получил позывной «Большой», — вспоминает он. — Нас из Якутии было двое. Я выше ростом, поэтому меня прозвали большим якутом, а его — маленьким. Так и появились наши позывные».
Сначала служба казалась испытанием, к которому он был готов: тяжёлая техника, расчёты, ожидание. Но война не спрашивает, готов ли ты к её жестокости. Вскоре Дьулустаана перевели в штурмовой отряд «Якут» — элитное подразделение, куда набирали бойцов из его республики. Там он почувствовал себя частью семьи. Но именно там его и настигла пуля.
Декабрь 2022 года. Подразделение строит блиндаж в зоне активных боёв. Бойцы таскают брёвна, укрепляют позиции. Рутинная работа, за которой скрывается постоянная угроза. Дьулустаан не заметил снайпера. Не услышал выстрела. Первым ощущением стал резкий удар в спину, будто кто-то вогнал в тело раскалённый прут.
«Я почувствовал удар. А дальше туман: вспышки перед глазами, обрывки картинок, голоса… И затем просто темнота», — рассказывает он.
Пуля прошила тело насквозь, повредив спинной мозг, печень, лёгкие и кишечник. За считанные минуты Дьулустаан потерял около трёх литров крови, почти половину объёма, необходимого для жизни. Его срочно эвакуировали в походный госпиталь. Хирурги боролись за каждую минуту, но сердце остановилось. Мониторы зафиксировали клиническую смерть. Врачи констатировали безнадёжность. Тело начали готовить к отправке в морг. Но смерть, похоже, ошиблась адресом.
«Тебе ещё рано»: что видит человек на грани
Во время клинической смерти Дьулустаан не видел туннеля со светом или умерших родственников. Ему казалось, что он просто спит. Он ощущал себя лежащим на больничной койке, не мог пошевелиться, но сохранял сознание. И вдруг дверь палаты распахнулась.
«Вошёл высокий старик с белой бородой и золотым крестом на головном уборе, — рассказывает Дьулустаан. — Я не понимал, кто он и зачем пришёл. Он перекрестил меня, окропил водой, поцеловал в лоб и сказал: «Тебе ещё рано».
Эти слова стали последним, что он запомнил перед возвращением. Позже, придя в себя, он не мог объяснить, кто был этот старец. Не священник из госпиталя, тот появился позже. Не знакомый, так как лицо было незнакомым, но излучало невероятное спокойствие.
Крещение в палате и вера сестры: две силы, вернувшие к жизни
Когда Дьулустаан открыл глаза в коридоре госпиталя, медсестра упала в обморок. Врач, принимавший «труп», сначала не поверил своим глазам — все приборы показывали остановку сердца. Но пульс появился вновь. Бойца срочно вернули на операционный стол. Началась новая битва уже не за территорию, а за человека.
После операции Дьулустаан принял решение, изменившее его жизнь: он попросил креститься. Таинство совершили прямо в палате. Для него это было не формальностью, а ответом на встречу со старцем и признанием силы, которая дала ему второй шанс. В то же время в Якутии старшая сестра Наталья молилась за брата. Она не раз говорила ему перед отправкой:
«Я верю, что ты вернёшься».
Когда в новогоднюю ночь ей сообщили о тяжёлом ранении, она немедленно связалась с волонтёрами, организовала перевод Дьулустаана в московский госпиталь и бросила все дела, чтобы ухаживать за ним. Год реабилитации она провела рядом, когда он не чувствовал ног, когда передвигался только на коляске, когда отчаяние подступало ближе, чем боль.
Дьулустаан Иванов (справа) с сослуживцами
Десять месяцев к первому шагу: путь сквозь боль
Первые месяцы после ранения были испытанием на прочность. Спинной мозг пострадал критически и ноги отказывались слушаться. Дьулустаан лежал в инвалидной коляске, чувствуя лишь тупую боль вместо конечностей. Но он тренировался каждый день: сгибал пальцы, пытался пошевелить стопой, делал упражнения, которые казались бессмысленными.
Первые ощущения вернулись лишь через десять месяцев. Сначала лёгкое покалывание в стопе. Потом возможность опереться на ноги с поддержкой. Каждый шаг давался через боль, но каждый шаг был победой. Сестра Наталья не отступала ни на день. Вместе они прошли путь от безнадёжного диагноза до первых самостоятельных шагов. Сегодня Дьулустаану 28 лет. Он ходит. Работает. Живёт. Но главным делом своей жизни он считает не возвращение к прежней жизни, а помощь другим.
Восстановившись, Дьулустаан не ушёл в тень. Он стал помогать раненым бойцам, проходящим реабилитацию. Рассказывает свою историю тем, кто готов сдаться. Показывает, что даже после тяжелейших ранений, после клинической смерти, после потери надежды можно вернуться.
Дьулустаан Иванов вернулся с того света не для того, чтобы забыть пережитое. Он вернулся, чтобы напомнить другим: пока есть дыхание есть надежда. А пока есть надежда есть жизнь. Даже если весь мир уже простился с тобой, даже если тело лежит на каталке по пути в морг. Потому что иногда достаточно одного слова:
«Тебе ещё рано».