Почему так радикально
Всё началось с того, что в верхней палате парламента прозвучали слова, от которых, мягко говоря, напряглись ректоры многих российских вузов. Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко обратилась к министру науки и высшего образования Валерию Фалькову с предложением пересмотреть перечень вузовских специальностей.
Логика простая: устаревшие направления надо закрывать, а вместо них открывать современные и востребованные. И главное слово, которое прозвучало в этом разговоре, запомнилось всем сразу — «нафталинные».
«Есть такие нафталинные, устаревшие даже по названию профессии... Все то, что уже устарело, то, что не работает на качество страны, надо смело отменять», — заявила Матвиенко.
Что именно она имела в виду, долго гадать не пришлось. Сенатор прямо назвала две программы, которые, по ее мнению, пора отправлять на покой.
Матвиенко призвала убрать «нафталиновые, устаревшие даже по названию профессии»
Кому «совсем некуда поступать»
Первая в списке — «Реклама и связи с общественностью». Казалось бы, куда уж популярнее? Сотни вузов, тысячи студентов, дипломы, звучащие красиво на любой встрече выпускников. Но Матвиенко, не стесняясь в выражениях, отрезала: на это направление идут те, кому «совсем некуда поступать».
Звучит обидно, но в словах есть знакомая многим правда. Реклама и пиар давно превратились в спасительную соломинку для абитуриента, который не прошел на юрфак, не потянул экономику и не добрал баллов на что-то престижное. В итоге диплом получают все, а работают по специальности — единицы.
Второй кандидат на вылет — «Государственное и муниципальное управление». Тут логика Матвиенко еще жестче. Она считает, что такой программе вообще не место в обычном вузе, где учатся вчерашние школьники. По ее мнению, готовить управленцев нужно иначе — через курсы повышения квалификации для тех, кто уже сидит в муниципалитетах и чиновничьих кабинетах.
Причина проста: выпускник этой специальности почти никогда не попадает в органы власти. Карьерным чиновником, как выясняется, на рынке труда стать непросто — разве что через знакомства и годы ожидания.
Чему на самом деле учат вчерашних школьников
Вопрос, который повис в воздухе после этих заявлений, оказался куда глубже, чем спор о двух программах. Эксперты из образовательной среды принялись разбираться: а не пора ли вообще пересмотреть, как устроен современный вуз?
Председатель Национального родительского комитета Ирина Волынец считает, что рубить с плеча не стоит. Реклама и пиар никуда не денутся — бизнесу по-прежнему нужны люди, которые умеют выстраивать репутацию и работать с аудиторией. Проблема в другом: если студентов учат по шаблонам двадцатилетней давности, без цифрового маркетинга и аналитики, ценность такой подготовки стремится к нулю.
То же самое с госуправлением. Государству нужны управленцы, способные работать с большими данными, цифровыми сервисами и бюджетами. А если обучение построено на одной голой теории и не подкреплено практикой, эффективного руководителя из него не выйдет.
Что говорят те, кто учит
Преподаватели вузов признают, что критика попала в точку, но с несколькими оговорками.
Доцент Финансового университета при правительстве России и автор нескольких вузовских учебников Николай Яременко напомнил, что реклама и пиар не исчезают, а трансформируются. Чисто «теоретический» пиарщик, умеющий писать пресс-релизы в вакууме, сегодня никому не нужен. Его место заняли специалисты по маркетинговым коммуникациям, аналитике соцсетей и искусственному интеллекту.
А вот к «государственному и муниципальному управлению» претензия оказалась сформулирована точнее всего: управленческие практики меняются быстрее, чем академические программы успевают переписываться. Идея перевести часть такого обучения в формат прикладной переподготовки выглядит, по словам экспертов, вполне разумной.
Кто еще попал в зону риска
Дальше — больше. Под ударом оказались не только две названные специальности. Эксперты заговорили о целых пластах профессий, связанных с рутинным интеллектуальным трудом. Простой документооборот, базовая обработка данных, однотипные финансовые расчеты — все, что искусственный интеллект делает быстрее и дешевле человека, оказалось под вопросом.
В списке на пересмотр замаячили узкие гуманитарные и классические экономико-управленческие программы, на которые работодатели жалуются из-за разрыва между теорией и реальными навыками. Им на смену, похоже, идут междисциплинарные направления на стыке IT, аналитики и конкретной отрасли.
Отдельный тезис прозвучал и о возвращении к советскому опыту.
Член комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре Айрат Гибатдинов пояснил в разговоре с NEWS.ru:
«Мы должны вновь обратиться к советской системе, когда в вузах студенты осваивали фундаментальные специальности: инженерию, физику, математику, химию, биологию, медицину, педагогику и другие направления, которые формируют научную и технологическую основу государства. При определении перечня специальностей нужно оценивать, какие знания и навыки действительно востребованы, где не хватает специалистов и какие профессии необходимы стране на перспективу».
Куда все это приведет
Паниковать рано, но и расслабляться не стоит. Переход на новую модель высшего образования уже намечен, и он предполагает введение свежего перечня специальностей. Некоторые направления объединят, другие укрупнят, а что-то, не исключено, и вовсе закроют.
При этом даже самые смелые реформаторы советуют не рубить с плеча. По мнению декана факультета международных экономических отношений Финансового университета при правительстве РФ Павла Селезнева, к идее сокращения специальностей нужно предельно критично, потому что главная ценность вуза — не конкретная строчка в дипломе, а умение учиться и переучиваться. Мода на специальности приходит и уходит, а фундаментальная подготовка остается.
Впрочем, сигнал уже подан. Абитуриент, выбирающий вуз, голосует рублем — и если поток на направление падает, это недвусмысленный знак, что пора что-то менять. Вопрос лишь в том, успеют ли университеты перестроиться раньше, чем это сделают за них сверху.
Разговор, который начался с «нафталинных» специальностей, на деле оказался куда масштабнее. Речь идет о главном: чему и зачем российские вузы будут учить в ближайшее десятилетие. И тем, кто собирается поступать в ближайшие годы, стоит присматриваться к программам внимательнее, чем раньше.