Почему Запад заговорил о новой угрозе?
В последние месяцы в зарубежных деловых кругах активно обсуждается сценарий так называемого «китайского шока 2.0». Напомним, первый такой «шок» пришелся на конец 1990-х - начало 2000-х годов, когда после вступления Китая в ВТО рынки заполонили недорогие товары: одежда, мебель и игрушки.
Тогда американские производители не выдержали конкуренции, и, по некоторым оценкам, Соединенные Штаты потеряли более двух миллионов рабочих мест. Сегодня ситуация повторяется, но уже в высокотехнологичной сфере.
Аналитики западных СМИ, включая The Wall Street Journal и Bloomberg, бьют тревогу из-за наращивания Китаем выпуска автомобилей, компьютерных чипов и сложного машиностроения. Эксперты полагают, что Пекин пытается решить проблемы внутреннего спроса за счет агрессивного экспорта, что вновь создаст риск для производств в Европе и США.
Позиция Пекина: факты против страхов
В ответ на эти опасения Министерство коммерции КНР подготовило доклад «Позиция Китая по вопросу так называемых избыточных мощностей». В документе подчеркивается, что обвинения в адрес китайской промышленности не имеют под собой реальной основы.
Представители ведомства заявили, что попытки западных стран представить развитие Китая как угрозу монополиям - это не более чем политизация торговых вопросов. Китайские власти обратили внимание на то, что уже более десяти лет Поднебесная обеспечивает около 30% мирового экономического роста. Это превращает страну в главный двигатель глобальной экономики.
В Пекине напомнили: раньше мир получал «рыночные дивиденды» за счет дешевой рабочей силы и огромного внутреннего рынка Китая. Теперь же к этим выгодам добавились «дивиденды развития» - результат внедрения инноваций и модернизации промышленности.
Кто на самом деле нарушает правила игры?
Особое внимание в докладе уделено критике протекционизма. Китайская сторона прямо указывает, что некоторые западные страны, теряющие конкурентоспособность, используют тему «избыточных мощностей» как предлог для введения новых ограничений против китайского импорта.
В Пекине предупреждают: такие действия не только подрывают устоявшиеся цепочки поставок, но и несут долгосрочные риски для восстановления всей мировой экономики. В ответ на обвинения в избытке производства китайские экономисты приводят контраргументы.
Во-первых, промышленные субсидии не имеют прямого отношения к перепроизводству. Во-вторых, большой объем экспорта сам по себе не говорит о кризисе перепроизводства, если страна одновременно остается крупнейшим мировым потребителем. Китай сегодня - это не только «фабрика мира», но и огромный рынок сбыта, что опровергает тезисы о недостаточном внутреннем спросе.
Что будет дальше?
Российские аналитики также внимательно следят за развитием событий. К примеру, директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин в комментарии РБК отметил:
«США уже давно применяют санкционные инструменты против китайской экономики. В случае нового витка торгового напряжения ограничительные меры, скорее всего, будут ужесточены».
В то же время зарубежная пресса обращает внимание на обратную сторону медали. По данным Financial Times, усиление производства внутри самого Китая вынуждает заводы переходить на автоматизацию и сокращать персонал.
Это означает, что стране предстоит сложный переход от дешевого трудоемкого производства к более высокотехнологичным моделям, что может затронуть миллионы рабочих мест. Однако сам Китай видит в этом не кризис, а закономерный этап эволюции, который открывает перед миром новые горизонты для сотрудничества.
Китай призывает все заинтересованные стороны, включая страны Запада, отказаться от политики устрашения. Вместо того чтобы говорить о «шоке», Пекин предлагает говорить о «китайских возможностях 2.0».
Главный посыл остается неизменным: сотрудничество и взаимное уважение рыночных правил выгоднее, чем торговые войны и санкционные барьеры. От того, какой путь выберет мировое сообщество, зависит не только судьба отдельных отраслей, но и стабильность глобальных цепочек поставок в ближайшие десятилетия.