Квартира вернулась, деньги — тоже. А покупательница?
Йошкар-Олинский городской суд взыскал с десяти человек в пользу Ларисы Долиной 62 743 722 рубля 50 копеек. Среди ответчиков — четверо фигурантов уголовного дела о мошенничестве и шестеро так называемых «дропперов» — людей, чьи банковские карты использовались для вывода денег. Одной из них стала 20-летняя жительница Казани Варвара Южанина, которая за 10 000 рублей в месяц предоставила мошенникам свою карту. С неё взыскали 15 млн рублей — 13 млн как неосновательное обогащение и почти 2 млн в виде процентов.
Параллельно с этим Мосгорсуд вновь признал квартиру собственностью Долиной, несмотря на то, что она была продана за 112 млн рублей 34-летней матери-одиночке Полине Лурье. Та, по её словам, честно заплатила деньги, осмотрела недвижимость и получила все документы через риелторское агентство «Львов эстейт». Однако после того, как Долина осознала, что её обманули, она отказалась передавать ключи и вызвала полицию. Началась череда судебных разбирательств, итогом которых стало возвращение квартиры певице.
«Странное решение»: почему покупательница осталась ни с чем?
Полина Лурье недоумевает:
«Это уголовное дело, я не имею к нему отношения. Я отдавала деньги Ларисе Александровне. С мошенниками я не общалась. Почему-то суд решил, что Лариса Александровна может получить деньги и от меня, и от мошенников, и квартиру себе оставить. Очень странное на мой взгляд решение».
Её возмущение разделяют и юристы. Алексей Михальчик, управляющий партнёр адвокатского бюро «Михальчик и партнёры», отмечает, что подобные решения противоречат сложившейся судебной практике:
«Если покупатель доказал факт передачи денег и осмотрел объект, квартира обычно остаётся за ним. Здесь же — наоборот. Получается, что продавец неосновательно обогатился».
По закону, при признании сделки недействительной должна происходить двусторонняя реституция — и квартира возвращается продавцу, и деньги — покупателю. Однако суд этого не сделал. Лурье считает, что её права грубо нарушены, но пока неясно, подавала ли она отдельный иск о возврате средств.
Кто эти «новые должники» и почему с них взыскивают миллионы?
Среди ответчиков — не только организаторы преступления, но и те, кто, возможно, даже не осознавал, что участвует в мошенничестве. Например, Анжела Цырульникова, 53-летний московский тренер по йоге, просто передала пакет с деньгами по указанию «куратора». Она, как и другие, утверждает, что действовала «в состоянии аффекта» и была обманута. Тем не менее, суд взыскал с неё значительную сумму.
То же касается Дмитрия Леонтьева из Йошкар-Олы, который, по версии следствия, отвечал за связь с Долиной и банковские операции. С него требуют 10 млн рублей, хотя он тоже утверждает, что был введён в заблуждение. Аналогичную сумму должен выплатить Андрей Основа из Тольятти, обеспечивавший «техническую поддержку» схемы — карты и СИМ-карты.
Андрей Основа, фигурант дела о мошенничестве в отношении Ларисы Долиной
Прецедент или исключение?
Юристы отмечают, что этот случай — уникальный. Обычно, если в деле есть конкретные обвиняемые, потерпевшим признаётся не обманутый гражданин, а, например, банк, выдавший кредит по навязанной мошенниками схеме. В таком случае ущерб возмещают именно преступники, а не добросовестный покупатель. Возможно, именно такой «казуистический манёвр» и провели адвокаты Долиной — переложив ответственность за возврат денег на фигурантов уголовного дела.
Но проблема в том, что большинство этих людей — не состоятельные предприниматели, а обычные граждане с небольшим доходом. Даже если суды взыщут с них миллионы, реальные выплаты будут растянуты на годы и составят лишь копейки от общей суммы. Таким образом, Полина Лурье рискует остаться и без квартиры, и без денег.
История Ларисы Долиной вызвала бурную реакцию в соцсетях. Многие видят в этом проявление двойных стандартов: в то время как сотни тысяч жертв телефонных мошенников годами не могут вернуть даже часть украденного, народная артистка не только вернула всё похищенное, но и, по мнению некоторых, заработала на этом — получив и квартиру, и деньги от покупателя, и компенсацию от «дропперов».
Однако важно понимать: Долина действительно стала жертвой преступления, и право на защиту имеют все — независимо от статуса. Вопрос в том, почему система сработала так избирательно. Почему добросовестная покупательница, также ставшая заложницей преступной схемы, осталась за бортом правосудия?
Пока ответа нет. Но один факт очевиден: этот кейс может стать опасным прецедентом для рынка недвижимости. Если суды начнут массово отменять сделки с возвратом имущества продавцам при наличии признаков мошенничества — даже при доказанной оплате и добросовестности покупателя — это подорвёт доверие.