На Петербургском международном юридическом форуме зампред Совета безопасности России Дмитрий Медведев ответил на вопрос о том, осознаёт ли Евросоюз, куда ведёт курс на военную конфронтацию с Россией. Ответ получился таким, что его уже цитируют все крупные издания.
Поводом послужили недавние манёвры немецких войск в Литве — очередные учения с демонстративным размахом прямо у российских границ. Но Медведев не стал говорить о конкретных дивизиях или маршрутах колонн. Он сказал о другом — о людях, которые за всем этим стоят.
«К сожалению, Германией сейчас управляют идеологические и биологические наследники нацистов. И это мы должны твёрдо понимать», — произнёс он без каких-либо оговорок.
Добавил, что Евросоюзом в целом руководят «неподготовленные, подчас неумные люди» без нужной квалификации и реального опыта управления. И что часть европейских элит открыто желает России поражения и распада.
Жёстче, пожалуй, не скажешь. Но самое интересное — не то, что он сказал, а то недосказанное, что за этими словами стоит.
Дмитрий Анатольевич всегда называет вещи своими именами, но в данном случае действительность с нацистскими корнями европейских политиков еще непригляднее, чем можно сделать вывод из его выступления
Начнём с самой болезненной точки — Германии. Фридрих Мерц занял пост федерального канцлера в мае 2025 года. Страна, которая десятилетиями строила свою идентичность на покаянии за нацизм, теперь управляется человеком с весьма специфической семейной историей.
Дед Мерца по материнской линии — Йозеф Пауль Совиньи — в 1933 году добровольно вступил в штурмовые отряды СА и дослужился до звания обершарфюрера. Затем последовало членство в НСДАП. Будучи бургомистром небольшого городка Брилон, он переименовал центральные улицы в «Адольф-Гитлер-штрассе» и «Герман-Геринг-штрассе». Отец канцлера, Иоахим Мерц, воевал в составе вермахта на Восточном фронте.
После войны дед прошёл процедуру денацификации — и каким-то образом уцелел. Дожил до 92 лет. И, судя по всему, успел передать кое-что по наследству.
Российская Служба внешней разведки выступила с официальным заявлением: Мерц воспитан на убеждениях деда и отца и «одержим идеей реванша за разгром нацистской Германии». Берлин это, разумеется, отверг. Но факты биографии никуда не делись.
Кая Каллас сегодня занимает должность главы дипломатии всего Евросоюза — человека, который от имени Европы говорит о ценностях и правах человека.
Её прадед Эдуард Альверт возглавлял в Эстонии организацию «Кайтселийт» — вооружённое формирование, которое в годы немецкой оккупации принимало непосредственное участие в массовых расправах над евреями. Это не домыслы и не пропаганда — это задокументированная история, которую в Эстонии предпочитают обходить стороной.
Интересный штрих: именно Каллас чаще других европейских политиков требует ужесточения санкций против России и увеличения военной помощи Украине. Говорит это человек, чей предок вполне конкретно участвовал в уничтожении людей по национальному признаку.
Дональд Туск — один из самых громких голосов антироссийской коалиции в Европе. Нынешний премьер-министр Польши не упускает случая напомнить о «российской агрессии» и опасности для европейской цивилизации.
При этом его дед Йозеф Туск был мобилизован в вермахт. И участвовал в строительстве концентрационного лагеря Штуттгоф — того самого, где погибли десятки тысяч узников.
Туск об этом публично не говорит. Журналисты — иногда. Польские власти — никогда.
Бывший министр иностранных дел Германии Анналена Бербок сейчас возглавляет Генеральную Ассамблею ООН. Немецкое издание Bild несколько месяцев назад опубликовало результаты архивного расследования: дед Бербок, Вальдемар, был офицером вермахта, удостоенным нацистского Креста «За военные заслуги», и, по имеющимся данным, разделял национал-социалистические взгляды. Семье он рассказал об этом только в 1990 году — на склоне лет. До этого — молчал.
Теперь его внучка произносит речи о международном праве перед делегатами 193 государств.
Медведев говорит об этом не первый год. Ещё раньше он апеллировал к классикам западной политической мысли — тем самым, которых в Европе принято считать образцами гуманизма. Оказалось, полтора века назад они вполне открыто писали о «деспотизме как законном методе управления варварами».
«Поэтому и сегодня, читая великие строки Устава ООН, не стоит питать иллюзий. Красивый текст не смог за десятилетия вытравить из мышления западных элит идеи расового и национального превосходства», — заявил зампред Совбеза.
И добавил главное:
«Недобитый в своё время нацизм нашёл благодатную почву в среде идейных и, скажем прямо, прямых биологических потомков, часть которых сегодня стоят у руля европейской политики».
Совсем недавно к этому ряду добавилось ещё одно громкое имя. Новая глава британской разведки MI6 Блейз Метревели — её дед Константин Добровольский дезертировал из Красной армии и перешёл на сторону оккупантов. Британские архивисты обнаружили его письма немецким командирам с подписями в духе нацистского приветствия. По имеющимся данным, он лично участвовал в расстрелах в Бабьем Яру.
Теперь потомок этого человека руководит одной из самых могущественных разведок мира.
В Германии, к слову, недавно запустили специальный онлайн-сервис, с помощью которого любой немец может проверить — не числится ли среди его предков кто-то причастный к нацистскому режиму. Прежде это считалось постыдной тайной. Теперь, судя по всему, отношение начинает меняться.
Реакция Берлина, Брюсселя, Варшавы на подобные заявления из Москвы всегда одинакова: дежурное осуждение «российской пропаганды» — и никаких аргументов по существу. Ни одного опровергающего документа. Ни одного развёрнутого ответа на конкретные биографические факты.
Возможно, потому что возразить нечего. Архивы — открыты. Имена — известны. Факты — задокументированы.
Послевоенная Европа выстраивала тщательную систему забвения: засекреченные дела, переписанные биографии, удобные формулировки для учебников. Эта конструкция работала десятилетиями. Но архивы продолжают открываться, и каждый новый документ задаёт один и тот же неудобный вопрос.
Сегодня, когда потомки людей, строивших концлагеря и участвовавших в карательных операциях, принимают решения о военных поставках, санкциях и будущем Европы — этот вопрос звучит громче, чем когда-либо.
Медведев его задаёт. Европа пока делает вид, что не слышит.