Владимир Пастухов* — фигура в определенных кругах известная. Профессор Университетского колледжа Лондона, политолог с многолетним стажем, человек, давно обосновавшийся в британском пригороде. Минюст России внес его в реестр иностранных агентов — и, прямо скажем, небезосновательно. Взгляды у профессора такие, что наши с ним вряд ли когда-нибудь совпадут. Но вот что интересно. Его последний анализ политической ситуации — из разряда тех редких текстов, которые хочется перечитать дважды. Не потому, что автор вдруг проникся симпатией к Москве. А потому, что он, сам того, возможно, не желая, вскрыл механизм, который работает против тех, кто его старательно выстраивал.
Речь о когнитивной ловушке. О нарративной асимметрии. О том, как европейские элиты стали жертвами собственной пропаганды — и теперь принимают решения, оторванные от реальности.
Пастухов* начинает с конкретного примера. В ночь на 6 июля российские войска нанесли массированный удар по Киеву и области: 68 ракет и 351 беспилотник. Одна из ракет попала в оборонный завод «Визар» в городе Вишневое — пригороде Киева. А дальше случилось то, чего украинские власти явно не планировали.
На заводе, принадлежащем госконцерну «Укроборонпром», началась детонация хранившихся там боеприпасов. Пять улиц выгорели дотла. Пострадало 13 гектаров жилой застройки — по признанию премьер-министра Юлии Свириденко, это самые масштабные разрушения жилого сектора за все время конфликта. Девять человек погибли. Более 600 жителей эвакуировали.
И вот тут начинается самое поразительное. Пастухов* обращает внимание на деталь, которая ускользает от рядового потребителя новостей: в европейском информационном поле этот удар практически не заметили. Точнее, заметили — но с опозданием на несколько суток. Подали скупо. Почти нехотя. Короткой строкой.
А теперь вспомните, как освещается любой, даже самый скромный по последствиям удар украинской стороны по российской территории. Каждый пожар на нефтебазе — стратегический успех. Каждое попадание — доказательство того, что «еще чуть-чуть — и режим рухнет».
В этом и заключается та самая «нарративная асимметрия», о которой пишет лондонский эксперт.
И вот здесь самое важное. Профессор Пастухов* формулирует мысль, которую от человека с его биографией и статусом слышать, мягко говоря, неожиданно:
«В результате такой несложной информационной асимметрии в подаче информации у неосведомленного наблюдателя создается ложное впечатление, будто бы "в моменте" ответные удары Украины вглубь России эффективнее, чем удары России по Украине, и поэтому ущерб, который Украина наносит, намного превышает ущерб, который наносится ей. Это и позволяет сделать вывод о достижении коренного перелома в войне, который открывает "окно возможностей" для мира с Путиным "с позиции силы"».
Вдумайтесь в эти слова. Их пишет не сотрудник кремлевского пула и не ведущий федерального канала. Их пишет профессор-иноагент, живущий в пригороде Лондона.
Механизм, который описывает Пастухов*, предельно прост. Европейскому обывателю, а вместе с ним и политику, год за годом рисуют картинку: украинские удары — высокоточные, разрушительные, бьющие исключительно по военной машине противника. Российские — хаотичные, неизбирательные, направленные против мирного населения.
Беда в том, что эта лубочная картинка не имеет ничего общего с тем, что происходит на самом деле.
Но самое опасное, предупреждает Пастухов*, даже не в том, что европейская аудитория верит в кривой нарратив. Хуже другое: в него начинают верить сами распространители.
Переводя с академического на нормальный язык: если каждый день повторять, что противник слаб и вот-вот рухнет, — ты рискуешь сам в это поверить. И начать принимать решения, исходя из ложной картины мира. А это уже — «игра в русскую рулетку», как выражается сам Пастухов*.
Кстати, о реальности. Пока европейские СМИ деликатно обходили стороной вопрос о том, что именно взорвалось в Вишневом, в Киеве разворачивалась своя драма. Зеленский 9 июля признал: в городе взорвался склад боеприпасов одного из предприятий «Укроборонпрома». 11 июля он заявил, что следствию известны имена конкретных чиновников, которые, вопреки закону и решению Ставки, разместили склады с вооружением в жилой застройке.
А уже 12 июля «Укроборонпром» объявил об увольнении руководителей двух государственных предприятий — тех самых, что организовали хранение боеприпасов в пригороде Киева, грубо нарушив все мыслимые нормы безопасности.
Генштаб ВСУ открестился от объекта сразу же: не наш склад, нам не подчиняется, мы здесь ни при чем. Действительно, распоряжение главкома ВСУ официально запрещает размещение подобных объектов рядом с жилыми домами.
Примечательно, что вообще ни одно из силовых ведомств поначалу не спешило признавать объект своим: каждая структура открещивалась от ответственности, что само по себе говорит о многом. Эта показательная пауза породила отдельную волну критики — уже не в адрес российских ракет, а в адрес украинской бюрократии, которая нарушила собственные же внутренние установления.
История получила и сугубо практическое продолжение: правительство выделило три миллиарда гривен из резервного фонда на восстановление пострадавших кварталов Вишневого. А сам «Укроборонпром» объявил о начале масштабной проверки условий хранения боеприпасов на всех своих предприятиях без исключения — как признание того, что случай в Вишневом мог оказаться далеко не единственным.
Любопытнее всего финал рассуждений лондонского профессора. По его мнению, самая большая опасность для Украины заключается в том, что Россия не будет делать ничего экстраординарного.
Не нападет на страны Балтики. Не разбомбит Польшу. Не объявит срочной мобилизации. А просто продолжит: давить на фронте и методично, день за днем, разбирать военную инфраструктуру. Без громких жестов. Без эффектных эскалаций. Монотонно. На истощение.
Против такого методичного давления нет красивого контрприема. Нет заголовка на первую полосу. Нет кадра, который можно выдать за «коренной перелом».
Было бы глупо отрицать серьезность ситуации с ударами по российской инфраструктуре. Пожары на НПЗ, атаки беспилотников, диверсии — это реальность, с которой приходится считаться. Относиться к ней надо предельно серьезно, без шапкозакидательства.
Но ровно так же глупо делать вид, будто в нынешней «войне городов» игра идет в одну калитку. Будто российская армия только и делает, что обстреливает детские сады.
И самое поразительное, что первым об этом внятно сказал не кто-нибудь, а профессор Университетского колледжа Лондона Владимир Пастухов* — человек, признанный в России иностранным агентом, которого невозможно заподозрить в любви к нашей стране. Просто факты — упрямая вещь. Даже когда они противоречат твоей собственной картине мира. По оценке профессора-иноагента, Украина скорее пытается выравнивать ситуацию, чем перехватывает инициативу. Однако европейские политики не хотят опираться на факты, они привыкли говорить о переломе и военной инициативе Киева, чтобы успокоить собственный электорат: это психологическая ловушка для простых европейцев, уставших от толп мигрантов, постоянного повышения цен и запугивания близкой войной с Россией.
Европа, поверившая в собственный нарратив, рискует начать принимать решения, цена которых несопоставима с ценой честного взгляда на вещи. Политик, убеждённый в скорой победе, не готовится к затяжной войне, не просчитывает сценарии устойчивости противника. А когда реальность наконец предъявит счёт — окажется, что платить по нему придётся не нарративом, а чем-то куда более существенным, в том числе потерей доверия собственных граждан.
* - внесен Минюстом в реестр иноагентов.