Одни регионы перешли на заправку «по номерам», другие запретили канистры, а где-то бензин уже продают по 200 рублей за литр. Но главная причина сегодняшнего бензинового кризиса, как считает экономист Делягин, не в дронах и не в санкциях. Она, словно бомба с часовым механизмом, тикала внутри нашей собственной экономической системы последние восемь лет.
Что видит сегодня любой водитель, рискнувший выехать в дальнюю поездку без полного бака? Семь регионов — Орловская, Нижегородская, Астраханская, Липецкая, Кировская, Псковская области и Мордовия — уже запустили систему «чёт-нечет». Хочешь бензин в чётный день — госномер должен начинаться на 0, 2, 4, 6, 8. В нечётный — наоборот. Приехал не в свой день — разворачивайся.
В Ростовской области — не больше 30 литров в бак легковушке. В Забайкалье — вообще 15. В 22 регионах канистры объявлены вне закона — бензин льют только напрямую в бак. А в Крыму и Севастополе ввели QR-коды — заправился раз, вторую попытку в тот же день система уже не пропустит.
И цены. Росстат выкатил цифры, от которых хочется пересесть на велосипед: только за июнь бензин скакнул почти на 7%. Годовой рост — почти 20%, рекорд аж с 2010 года. На независимых АЗС литр давно перевалил за сотню. В Крыму — 170-200 рублей. И это не предел, предупреждают аналитики.
Москва пока держится — лимит 30 литров на ряде сетевых заправок, очереди есть, но без коллапса. Хотя таксисты уже рассказывают про шесть часов ожидания. В Санкт-Петербурге тем временем всерьёз обсуждают введение QR-кодов на заправку — по примеру Крыма.
Как так вышло, что страна, качающая нефть в промышленных масштабах, стоит в очередях к бензоколонкам?
Официальная версия известна: украинские беспилотники атакуют российские нефтеперерабатывающие заводы. Счёт идёт на десятки атак. Власти признали это официально — вице-премьер Александр Новак на днях прямо сказал:
«Есть проблемы и есть дефицит».
Но вот что интересно. Точно такие же бензиновые кризисы — пусть и не столь острые — случались в 2023-м и 2025-м. Когда никаких массированных прилётов по заводам ещё не было. Почему?
Директор Института проблем глобализации, зампред комитета Госдумы по экономической политике Михаил Делягин в недавнем разговоре с изданием «Украина.ру» не стал обходиться намёками, а высказал всё прямо. По его мнению — и это ключевой момент всей истории, — дроны лишь проявили ту проблему, которую мы собственными руками создавали годами.
Речь о налоговом маневре, запущенном ещё в 2017 году. Суть этой конструкции проста и убийственна одновременно: экспорт сырой нефти практически освободили от налоговой нагрузки, а всё фискальное бремя переложили на переработку. Результат? Практически в один день все нефтеперерабатывающие заводы России стали глубоко убыточными.
Дальше — как по сценарию. Государство начало латать дыру субсидиями. Триллионы рублей. Но субсидия, как известно, никогда не бывает достаточной и никогда не приходит вовремя. Для нефтяных компаний заводы из «жемчужины бизнеса» превратились в хроническую головную боль. Модернизация шла ни шатко ни валко. Запас прочности таял.
Делягин подчеркивает:
«Это налоговый манёвр для закрепления России в положении экономической колонии, чтобы мы экспортировали сырьё и не могли его перерабатывать. В один день все НПЗ страны стали убыточными. Если перейти от разрушения производительных сил в интересах финансовых спекулянтов, специальных усилий государства не понадобится. Субъекты экономики ради денег всё сами сделают. Мы сами удивимся, насколько быстро можно починить заводы».
Правительство включило режим ручного управления. Минэнерго в ежедневном режиме перераспределяет потоки топлива между регионами. Введён полный запрет на экспорт бензина и дизеля — минимум до конца июля. Срочно закупается топливо в Белоруссии, Индии, ведутся переговоры с Казахстаном. Временно разрешён выпуск бензина стандарта «Евро-3» — того самого, с повышенным содержанием серы, который для современных двигателей откровенно вреден.
Но эксперты предупреждают: даже индийские танкеры с бензином придут не раньше начала-середины августа. А сезонный пик спроса — уборочная страда, отпуска, грузоперевозки — как раз сейчас.
При этом Делягин обращает внимание на любопытный момент: можно было бы закупить в Китае малые контейнерные НПЗ — они есть, они доступны, и китайская промышленность способна поставить их в любых количествах. Коммерсанты, по его словам, это предлагают. Но бюрократическая машина блокирует такие решения.
Пока страна выстаивает очереди у бензоколонок, в высоких кабинетах развернулась нешуточная дискуссия. Глава Сбербанка Герман Греф — да-да, тот самый, что ещё недавно призывал «охладить экономику», — вдруг забеспокоился и предложил снизить ключевую ставку. Видимо, когда проблемы докатились до самих банков, восприятие ситуации изменилось. А глава Центробанка Эльвира Набиуллина парировала жёстко: бензин подорожал — инфляционные ожидания выросли — значит, надо продолжать их душить ужесточением финансовой политики.
Делягин называет это «спором либералов о том, как правильнее тушить пожар бензином». И добавляет: когда рентабельность обрабатывающей промышленности составляет всего 6%, кредит ей нужен под 4%, а не под нынешние заградительные ставки. Но чтобы снизить ставку, не обрушив рубль, нужно сначала ограничить финансовые спекуляции — то, что делали все успешные экономики мира на определённом этапе своего развития.
У кризиса появились и причудливые отражения. В Москве за последние недели резко участились кражи бензина — владельцы машин находят распахнутые лючки бензобаков и пустые баки. Продажи защитных замков и кодированных крышек взлетели вдвое-втрое. Появились умельцы с поддельными удостоверениями инвалидов — чтобы пролезть без очереди.
Один за другим стали возникать сервисы, показывающие АЗС онлайн: где что есть, какие марки, есть ли очередь и какие сегодня лимиты. Данные обновляются постоянно.
Осторожные прогнозы экспертов сводятся к августу-сентябрю. Если не будет новых атак. Если заводы начнут выходить из ремонта. Если импортное топливо дойдёт морем из Индии. Если, если, если.
Более фундаментальный ответ даёт Делягин — и он куда менее утешителен. Пока финансовая политика страны настроена на подавление собственной переработки, а не на её развитие, любой внешний удар — дронами ли, санкциями ли — будет сотрясать рынок до основания. Налоговый манёвр не отменён. Системные перекосы не устранены. Запас прочности, накопленный ещё в советское время, практически исчерпан.
А пока люди начинают свой рабочий день в очереди на заправку.