Представьте: вы в горах на территории враждебной страны. Ранены. Вооружены только табельным пистолетом. Вокруг — военные, которым за вашу голову обещали 60 тысяч долларов. И вы не знаете, придут за вами или нет. Именно в такой ситуации оказался американский офицер — пилот истребителя F-15E Strike Eagle, который участвовал в бомбардировках Ирана 3 апреля, когда его самолёт попал под огонь иранских военных. Оба члена экипажа успели катапультироваться. Первого нашли быстро. За вторым началась настоящая охота — с обеих сторон.
Вот чего большинство людей пока не знают. Пока иранские военные прочёсывали горы, американская разведка тихо делала своё дело.
ЦРУ развернуло кампанию по дезинформации — внутри Ирана намеренно распространялись слухи о том, что американские войска уже нашли офицера и вывозят его из страны по суше. На самом же деле в тот момент разведка отслеживала военного в горной расщелине и передавала его точные координаты Пентагону и Белому дому.
Иранское командование тем временем пообещало награду в 60 тысяч долларов тому, кто задержит американца живым. Это была гонка. Настоящая — со стрельбой, бомбами и сгоревшими самолётами на финише.
По информации отдельных СМИ, в операции участвовал и Израиль.
Первого пилота вытащили ещё в пятницу — прямо среди бела дня, что само по себе из ряда вон. Поисковые вертолёты работали над иранской территорией в дневное время — военные так почти не делают: слишком высок риск.
По словам Трампа, американские войска провели семь часов над Ираном, прежде чем нашли второго пропавшего военного. Семь часов в небе над страной, которая активно пытается тебя сбить. Это не голливудский сценарий — это произошло на самом деле.
Офицер получил ранения после катапультирования, но всё ещё мог передвигаться и более суток скрывался в горах, избежав плена. Его профессионализм и хладнокровие — отдельная история, которую американские военные будут рассказывать ещё много лет.
Когда стемнело, американский спецназ пошёл на землю. Это уже была не просто спасательная операция — это был полноценный рейд в иранский тыл с воздушным прикрытием, бомбовыми ударами и перестрелками.
По данным The New York Times, американские самолёты сбросили бомбы и открыли огонь по иранским силам, чтобы оттеснить их от района, где укрывался офицер. Иранские военные подбирались слишком близко — медлить было нельзя.
В ходе эвакуации завязался настоящий бой с иранскими военнослужащими. Два вертолёта Black Hawk попали под огонь с земли — часть экипажа получила ранения, но машины смогли совершить посадку. Позднее их тоже взорвали — чтобы не достались врагу.
Параллельно над Персидским заливом был сбит штурмовик A-10 Warthog. Пилот катапультировался над заливом и был успешно спасён. Ещё одна жизнь — в плюсе. Ещё один самолёт — в минусе.
Финал операции оказался, пожалуй, самым драматичным её эпизодом — и самым дорогостоящим.
На финальном этапе возникли непредвиденные проблемы: два транспортных самолёта, которые должны были доставить спасателей и спасаемого в безопасное место, оказались повреждены на отдалённой площадке в Иране. Командование оперативно перебросило новые воздушные суда для эвакуации, а два застрявших самолёта взорвали, чтобы они не попали в руки КСИР.
Помимо этого, ещё в ходе первой фазы операции иранские военные сбили самолёт-дозаправщик HC-130J Combat King II, обеспечивавший топливом поисковые вертолёты. Это была специализированная машина Сил специальных операций — на борту пять человек экипажа.
Трамп и высокопоставленные члены его команды наблюдали за ходом спасательной операции прямо из ситуационного центра Белого дома. Когда всё закончилось, президент написал в Truth Social:
«Этот храбрый воин находился в тылу врага, в коварных горах Ирана, преследуемый нашими врагами, которые с каждым часом приближались всё ближе. Мы никогда не оставим американского бойца!»
Сбитый F-15E стал первым случаем потери американского истребителя в боевых действиях за более чем 20 лет. Это важный контекст: иранская ПВО сделала то, чего никто не делал с США два десятилетия.
Итог операции в сухих числах выглядит примерно так: уничтожены два C-130 и HC-130J Combat King II, потерян A-10 Warthog, повреждены несколько вертолётов. Поиски второго лётчика потребовали привлечения сотен спецназовцев и десятков летательных аппаратов. По грубым подсчётам, только прямые потери авиатехники тянут на 250–300 миллионов долларов — без учёта боекомплекта и логистики.
Эксперты уже сравнивают произошедшее с операцией «Орлиный коготь» 1980 года, когда американский спецназ при Картере попытался освободить заложников из Тегерана, потерял машины в песчаной буре и вернулся ни с чем, оставив на иранской земле восемь погибших военных. Разница одна: тогда операция провалилась. На этот раз — нет.
Иран настаивает на провале американской операции. Официальный представитель КСИР заявил, что самолёты и вертолёты, отправленные за лётчиком, были уничтожены. Тегеран молчит о том, что оба американца живы и уже в Кувейте.
Ряд аналитиков считает, что спасательная операция нанесла политический ущерб Вашингтону. Иран своими действиями показал всем союзникам США, что с ними будет в случае, если они захотят присоединиться к военной кампании против Тегерана.
Оба пилота живы. Оба уже получают медицинскую помощь. Цена этому — груда металлолома в иранских горах и несколько сотен миллионов долларов, списанных в безвозвратные потери. Победа это или провал — каждый решает сам. Но одно точно: подобных операций в современной военной истории почти не было. И это только начало большой истории об американо-иранской войне, конца которой пока не видно.