Независимые эксперты зафиксировали тревожные сигналы в российской банковской системе. Официальные отчёты полны оптимизма, но внутри накапливаются опасные дисбалансы. Разбираемся, стоит ли ждать потрясений и как уберечь сбережения.
Ведущие аналитики Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) видят признаки скрытого кризиса в банковском секторе. С одной стороны, Банк России сообщает о стабильности: запас капитала кредитных организаций достигает 8 триллионов рублей, а прогноз совокупной годовой прибыли повышен до 3,4-3,9 триллиона. С другой стороны, внутри системы нарастают серьёзные перекосы.
Вероятность перехода ситуации в открытую фазу специалисты оценивают как среднюю. При этом самых острых проявлений рисков стоит ждать не раньше второй половины года. О чём говорят тревожные индикаторы?
По методике Международного валютного фонда, системный банковский кризис наступает, когда доля безнадёжных кредитов превышает 10%. По оценкам независимых аналитиков, этот порог в России держится выше несколько месяцев подряд. Качество кредитных портфелей ухудшается - это объективный факт, который трудно скрыть за общими цифрами.
«Тревожные сигналы действительно есть, игнорировать их нельзя, - предупреждает экономист Александр Разуваев. - С начала года число кредитных организаций с финансовыми проблемами почти удвоилось - с 34 до 60. Однако для вкладчика происходящее - это сигнал, что лучше хранить сбережения в банках с государственным участием. Там им точно ничего не угрожает».
Высокая ключевая ставка, которую долго удерживал регулятор, ударила по процентной марже - разнице между стоимостью привлечения денег и доходом от их размещения. В итоге около 20% российских банков, в основном малых и средних в регионах, ушли в чистый убыток. Они просто не справляются с расходами по дорогим вкладам.
Даже сам Банк России вынужден признать ухудшение картины. Прогноз структурного дефицита ликвидности на текущий год повышен до 2,4-3,6 триллиона рублей. Деньги уходят из безналичного оборота - растёт объём наличных на руках у населения. Это классический признак нервозности.
«Крупные игроки концентрируют ликвидность и корпоративных клиентов, последовательно вытесняя региональные банки в низкомаржинальные ниши, где отсутствует масштаб и устойчивый спрос. В результате их доля и реальное влияние сокращаются», - констатировал Ярослав Кабаков, директор по стратегии ИК «Финам».
В розничном кредитовании ситуация тоже тревожная. Жёсткая денежно-кредитная политика привела к так называемому «эффекту айсберга»: накопленные раньше проблемы теперь проявляются быстро и массово. Самые высокие двузначные темпы роста просроченной задолженности - по кредитным картам и автокредитам. Но главный тревожный сигнал: эта волна докатилась до ипотеки.
Открытая фаза банковского кризиса - не повторение дефолта 1998 года. Благодаря системам страхования вкладов и механизмам Центробанка и АСВ полная потеря сбережений исключена. Однако это не значит, что деньги останутся в сохранности.
Сбережения столкнутся с сильным инфляционным давлением. Кроме того, регулятор может ввести временные ограничения на выдачу крупных сумм или понизить лимиты страхового возмещения по отдельным видам вкладов. Готовность к таким условиям - не паника, а разумный подход.