Украина активно развивает беспилотные технологии, и украинские беспилотники все чаще долетают до объектов в глубине территории России. Причем в числе данных объектов — не только промышленные предприятия военного сектора, но и жилые дома, и мирная инфраструктура. Каждый из нас, читая утром информацию о том, сколько украинских БПЛА сбили за ночь российские системы ПВО над регионами России, ужасается увеличивающемуся количеству беспилотников. Жители абсолютно всех российских регионов уже успели ощутить все «прелести» закрытых из-за режима «Ковер» аэропортов и нестабильно работающего Интернета. Что происходит и почему атак на российские регионы все больше — в нашей статье.
Начнем с простого примера, который объясняет все лучше любых слов.
Украинский дрон-перехватчик стоит около 2000 долларов. Одна ракета российского зенитного комплекса «Панцирь», которой этот дрон сбивают — порядка 20 000. Десять к одному. То есть каждый раз, когда зенитчики сбивают вражеский беспилотник ракетой, они тратят в 10 раз больше, чем противник потратил на его изготовление.
По оценкам аналитиков, дроны сегодня причиняют до 75% всех потерь на поле боя — эксперты говорят о крупнейшей военной трансформации со времен появления танков. И эта трансформация разворачивается прямо сейчас, с нарастающей скоростью.
Новый министр обороны Украины Михаил Федоров — человек из IT-индустрии — сразу обозначил приоритеты. Цели конкретные: уничтожение российских солдат и удары по российской экономической инфраструктуре. Нефтеперерабатывающие заводы, порты, склады — всё это теперь под прицелом.
Командующий Сил беспилотных систем Украины Роберт Бровди*, известный под позывным «Мадяр», в интервью BBC сформулировал задачи своего ведомства: не менее 30% всех ударов должны приходиться именно на живую силу. Остальное — по инфраструктуре вглубь российской территории. И он обещает сделать эти атаки ещё более интенсивными.
По его подсчетам, каждый вложенный в украинские дроны доллар оборачивается примерно сотней долларов потерь со стороны России. Это, вероятно, сильно приукрашенные в целях пропаганды цифры, но, судя по всему, такие цели в ВСУ ставят.
Производственные мощности украинской оборонной промышленности якобы позволяют выпускать свыше восьми миллионов FPV-дронов в год. Производством, как утверждает противник, занимаются более 160 компаний — от крупных заводов до небольших инновационных команд.
В начале этого года Украина создала Центр командования глубокими ударами Сил беспилотных систем, зона поражения FPV-дронами расширилась до 150 километров от линии фронта.
В конце 2025 года Владимир Путин заявил:
«В сфере беспилотников мы стали безусловными лидерами» — и добавил, что ситуация «кардинальным образом поменялась» благодаря усилиям министра обороны Андрея Белоусова.
Американское издание The Wall Street Journal опубликовало материал, авторы которого утверждают, что Россия одержала верх в битве дронов, превосходя украинские беспилотные силы по численности на ключевых участках фронта и применяя усовершенствованную тактику.
По оценкам российского военного ведомства, до половины потерь противника приходится на удары FPV-дронов, а российские войска располагают двукратным численным превосходством в тактическом сегменте.
Есть и конкретное техническое преимущество, о котором говорят открыто. В России существует собственное производство оптоволокна, тогда как Украина вынуждена закупать его по сложным «серым» схемам — Китай его не поставляет напрямую. Дроны на оптоволоконном управлении невозможно заглушить средствами радиоэлектронной борьбы — это принципиальный козырь в войне, где РЭБ применяется повсеместно.
К марту 2026 года российский Центр применения беспилотников поставил новый рекорд — более 3170 поражённых целей за месяц, в том числе свыше 200 наземных роботизированных комплексов противника.
В сфере подготовки специалистов уже не первый год успешно работает федеральный проект «Кадры для беспилотных авиационных систем» (БАС) — часть национального проекта «Беспилотные авиационные системы». Проект реализуется в соответствии со «Стратегией развития беспилотной авиации Российской Федерации на период до 2030 года и на перспективу до 2035 года». Его цель — создание системы непрерывной подготовки специалистов в сфере разработки, производства и эксплуатации беспилотных авиационных систем.
В 2026 году планируется подготовить более 70 тысяч специалистов для войск беспилотных систем.
Украина по-прежнему опережает нас в скорости адаптации, гибкости производственной экосистемы и в ударах по глубокому тылу.
Россия сделала ставку на массовость тактических дронов непосредственно у линии фронта, оптоволоконное управление и создание полноценного рода войск с вертикальной структурой. Российские войска все активнее используют тактику «маток» — беспилотников-носителей, запускающих FPV-дроны прямо в тылу противника. Дальность ударов тактических БПЛА выросла настолько, что украинские войска больше не могут чувствовать себя в безопасности даже на удалении 30–35 километров от линии фронта.
Аналитик вашингтонского Института изучения войны Джордж Баррос констатировал: российские военные навыки в нанесении ударов на средней дистанции превзошли украинские. При этом украинские беспилотники продолжают регулярно достигать объектов глубоко на территории России, что никто оспорить не может.
По данным аналитиков, в 2025 году обе стороны запускали около 5000 FPV-дронов ежедневно. Это уже не война, где беспилотники играют вспомогательную роль. Это война, где дрон стал главным оружием.
Гонка беспилотников превратилась в главную войну внутри войны. И она не закончится вместе с перемирием — она продолжится в любом сценарии, потому что обе страны уже создали полноценные военные отрасли, которые не исчезнут.
Линия фронта — это следствие. Причина — здесь: в лабораториях, на производственных линиях, в алгоритмах ИИ. И пока обе стороны наращивают мощности, а независимые аналитики фиксируют превосходство то одной, то другой стороны на разных направлениях — ясно одно: эта война изменила правила игры навсегда. И эти новые правила уже изучают армии по всему миру.
* - внесен в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга