Луис снял по-настоящему трогательное семейное видео у особняка. Солнечный день, зелень, качели — Богдан и Лев раскачиваются, смеются. Рядом с Валерией — маленькая Алиса. На руках у блогера — пятимесячный Даниэль, которого она держит бережно, как держат то, что можно было потерять. Всё выглядит идиллически. Почти неправдоподобно — особенно если знать, через что прошла эта семья за последние месяцы. Суд. Диагноз. Несколько детей на руках. Муж за решёткой. И жених, который не ушёл, не бросил.
Луис Сквиччиарини, 38-летний хореограф из Аргентины, взял телефон и заговорил. Не в камеру звезды, не на пресс-конференции — просто со двора своего дома. По-русски, с акцентом, но без единого лишнего слова.
«Я переживал за Леру, её состояние, потому что у неё лечение. Стресс, конечно, нельзя. Я хочу сказать, что очень благодарен, и Лера тоже, что мы можем быть вместе, что она получила шанс быть со своей семьёй рядом», — сказал Луис.
Он произнёс это просто. Без пафоса. Именно поэтому пробирает от искренности.
Валерии Чекалиной 33 года. Несколько месяцев назад она публично объявила о серьёзном онкологическом заболевании. Лечение продолжается. И в этот момент — суд, прокуроры, камеры, миллионы следящих глаз. Любой на её месте сломался бы. Но она вышла на улицу, взяла ребёнка на руки и стоит.
31 июля Гагаринский районный суд Москвы вынес приговор. Валерию Чекалину признали виновной в незаконном выводе денежных средств за рубеж. Наказание — пять лет условно и штраф в размере 765 миллионов рублей. Также суд запретил ей в течение трёх лет продвигать собственный бренд в интернете.
Условный срок — это не тюрьма. Это возможность остаться дома, с детьми, продолжать лечение. Именно об этом и говорит Луис, когда благодарит правосудие. И именно поэтому видео с качелями выглядит не как торжество, а как выдох — долгий, облегчённый, осторожный.
Но радоваться рано.
Пока семья выдыхала, государственное обвинение уже готовило апелляцию. По информации источников, близких к делу, прокуроры Светлана Тарасова и Наталья Кузьминова намерены добиваться ужесточения приговора в Московском городском суде.
Конкретные требования уже озвучены: шесть лет условно вместо пяти и запрет на интернет-продвижение на пять лет вместо трёх. Именно такие сроки прокуратура называла на прениях ещё в пятницу — до того, как суд вынес более мягкое решение.
Это значит, что история не закончена. Апелляция — это не формальность. Это новый раунд. И он уже начался.
Вот чего многие не ожидали: апелляцию подаёт не только прокуратура. Защита Валерии Чекалиной также намерена оспорить приговор. По словам её адвоката Константина Третьякова, сразу после оглашения резолютивной части решения Чекалина оформила в суде расписку о намерении подать апелляцию.
Таким образом, в Мосгорсуде встретятся сразу две стороны, каждая из которых считает приговор несправедливым. Прокуроры хотят больше. Защита — меньше. И именно апелляционная инстанция будет решать, кто окажется ближе к правде.
Обжалование со стороны защиты, в частности, связано с тем, что штраф назначен как дополнительное наказание и не может автоматически заменяться реальным сроком за неуплату. Это важный юридический нюанс, который адвокаты намерены использовать в пользу своей подзащитной.
Пока идут апелляции, вопрос о деньгах никуда не делся. До выплаты штрафа под арестом остаётся Rolls-Royce блогера и другое имущество на общую сумму около 90 миллионов рублей — капля в море от 765-миллионного долга перед государством.
Если Лерчек не сможет добровольно перечислить всю сумму, взысканием займётся Федеральная служба судебных приставов. Деньги могут удерживать со счетов и доходов осуждённой, а при необходимости конфисковать принадлежащее ей имущество. При этом адвокат подчеркнул: Валерия не уклоняется от уплаты и намерена гасить долг по мере возможностей.
Стоит напомнить: прокуроры изначально требовали штраф в 1,2 миллиарда рублей. Суд снизил сумму почти вдвое, однако даже 765 миллионов — это цифра, которая мало кому снится даже в страшных снах.
Чтобы понять масштаб происходящего, нужно знать полный контекст. Роды у Валерии прошли путём экстренного кесарева сечения в конце февраля. После этого состояние её здоровья начало резко ухудшаться.
В марте у Лерчек диагностировали рак желудка четвёртой стадии со множественными метастазами и поражением костей. Она также ослепла на правый глаз. Лечение проходит в Национальном медицинском исследовательском центре онкологии имени Блохина. Метастазы обнаружены в костях, лёгких и позвоночнике.
Сама блогер отмечает временный упадок сил и отсутствие аппетита после процедур, однако оценивает своё состояние как стабильное. Именно поэтому слова Луиса о стрессе — не метафора. Это медицинская реальность.
Параллельно с делом Валерии разворачивалась история её бывшего мужа. 14 апреля того же года Гагаринский суд признал Артёма Чекалина виновным по аналогичному делу о незаконном выводе средств. Приговор — семь лет колонии. Сейчас он находится в Бутырской тюрьме.
Это отец нескольких детей Валерии. Это человек, с которым она прожила годы. Теперь он — за решёткой, а рядом с его детьми стоит другой мужчина. Аргентинец, хореограф, который снимает счастливые видео с качелями и говорит «спасибо» тем, кто поддерживал их семью.
Жизнь устроила странный сценарий. Но, кажется, дети в нём — в безопасности.
В конце своего обращения Луис поблагодарил всех, кто писал и поддерживал. Он говорил медленно, подбирая слова, и в какой-то момент признался:
«У меня нет слов».
Это прозвучало честно.
За месяцы судебных разбирательств вокруг дела Лерчек сформировались два совершенно непримиримых лагеря. Одни считали её жертвой системы и обстоятельств — больная мать нескольких детей, которую топят за то, что зарабатывала. Другие видели в блогере с многомиллионной аудиторией человека, который прекрасно понимал, что делает.
Суд вынес своё решение. Прокуратура с ним не согласилась. Защита — тоже. Апелляция покажет, чья правда весомее.
Сейчас главный приоритет семьи, по словам Луиса, — здоровье Валерии. Лечение продолжается, и именно оно стоит на первом месте. Никаких публичных заявлений о возвращении в блогинг, никаких анонсов. Только дети, двор, качели — и надежда, что апелляция не перевернёт всё снова.
Три года запрета на продвижение бренда — это много для человека, чья карьера целиком построена в интернете. Пять лет — ещё больше. Если прокуроры добьются своего в Мосгорсуде, Лерчек как публичная фигура окажется заморожена на половину десятилетия.
Но пока — солнце, качели, пятимесячный Даниэль на руках. И Луис, который не ушёл.