Морозным январским утром в Киеве сотни тысяч людей проснулись в ледяных квартирах. Батареи были абсолютно холодными. А потом выяснилось, что коммунальные службы слили из них воду. Всю до капли. Официальные лица успокаивали: мол, это обычная техническая процедура, все будет хорошо. Жителей призвали не паниковать и не верить «страшилкам» в соцсетях. Но инженеры-теплотехники рисуют совсем другую картину. И она похожа на сценарий фильма-катастрофы.
Уже в начале января почти 6000 многоэтажек Киева — половина жилого фонда столицы — остались без тепла.
Мэр Виталий Кличко назвал удар «Орешником» в ночь на 9 января самой болезненной для энергетики Украины атакой за всю осень и зиму. А потом 21 января без отопления оказались три с лишним тысячи домов.
И каждый раз коммунальщики принимали одно и то же решение: сливать воду из батарей и труб.
Примерно 500 домов до сих пор стоят без тепла. Температура на улице минусовая, зимние морозы. Власти призывают тех, у кого есть возможность, покинуть город. Около 600 тысяч человек так и сделали, но некоторым просто некуда ехать.
Почему слили воду? Объяснение простое: когда нет электричества, перестают работать насосы. Вода в трубах прекращает циркулировать. А при таком морозе неподвижная вода замерзает за считанные часы.
Эксперты объясняют: слив теплоносителя — это не только временное исчезновение отопления, это сложный технический процесс с отложенными рисками.
Дело в том, что замерзшая вода расширяется примерно на 9 процентов. Превращаясь в лед, она просто разрывает стальные трубы и чугунные радиаторы изнутри. Представьте стояк многоэтажки, разорванный в десятках мест одновременно. Восстановить такое невозможно — только полная замена.
Поэтому коммунальщики выбрали меньшее зло: слили воду, чтобы сохранить трубы. Мол, ничего страшного, после ремонта сетей воду зальют обратно, и все заработает.
Только вот реальность оказалась намного сложнее.
Проблема в том, что слить воду полностью невозможно. Она остается в нижних изгибах труб, в провисших участках, в радиаторах. И тут начинается самое интересное.
Внутри опорожненной системы образуется среда со стопроцентной влажностью и максимальным содержанием кислорода из атмосферного воздуха. Для стальных труб, которым по 40 - 50 лет, это смертельный коктейль.
В обычном режиме вода в теплосетях проходит специальную обработку — из нее удаляют кислород. Благодаря этому внутри труб образуется защитная черная пленка из магнетита. Она предохраняет металл от ржавчины, и трубы служат десятилетиями.
Но стоит впустить туда воздух — и начинается ускоренная коррозия. За две недели простоя металл разрушается так, как обычно разрушался бы годами. Появляется рыжая рыхлая ржавчина, которая съедает стенки труб.
А ведь во многих киевских домах толщина металла и без того критическая. Где изначально было 4 миллиметра, осталось 1,5. А местами — и того меньше. Почти 70 процентов тепловых сетей в городе уже давно отработали свой нормативный срок в 25 лет.
Когда воду начнут заливать обратно, возникнет целый комплекс угроз. Первая — воздушные пробки. Воздух, скопившийся в верхних точках системы, не даст воде циркулировать. Особенно это критично для высотных домов — а в Киеве их большинство.
Чтобы стравить этот воздух, нужен доступ в квартиры на верхних этажах. Но что делать, если жильцы уехали, а квартира заперта? Весь стояк останется холодным, даже если вода уже подана в дом. И тогда труба снова окажется под угрозой замерзания.
Вторая опасность — гидравлический удар. Если подавать воду слишком быстро под высоким давлением, она врывается в пустую систему как поршень. Встретив препятствие — закрытый кран, воздушную пробку — создает скачок давления до 50 атмосфер.
Для справки: рабочее давление в системе — всего 6 - 10 атмосфер. Чугунные батареи советского образца выдерживают максимум 25. Результат предсказуем: батареи лопаются, трубы рвет, квартиры заливает ледяной водой вместе с грязью.
Третья проблема — температурный шок. Металл труб остыл до минус пяти градусов. В них подают воду температурой плюс 80 - 90. Труба пытается расширится на пять сантиметров каждые 50 метров длины, но ржавые компенсаторы не дают. Сварные швы не выдерживают. Резьбовые соединения срывает.
Специалисты предупреждают: возникающие при этом механические напряжения приближаются к пределу прочности самой стали. Слабые звенья — старые сварные швы, резьбовые соединения и чугунные секции батарей — первыми выходят из строя.
Вся та ржавчина, что образовалась за время простоя, при запуске воды оторвется от стенок. Теплоноситель превратится в бурую абразивную жижу.
Разница между тем, как сейчас выглядят (слева) сетчатые фильтры системы отопления в большинстве киевских домов и тем, как они должны выглядеть (справа), очевидна
Эта взвесь забьет современные теплообменники, которые стоят в новых домах. У них внутренние каналы всего 2 - 4 миллиметра шириной. Шлам заполнит их мгновенно.
Автоматические клапаны заклинит. Циркуляционные насосы выйдут из строя — их подшипники не рассчитаны на работу с грязной водой, насыщенной частицами ржавчины.
А еще есть кислород. Если систему заполняли не из подготовленной магистрали, а из обычного водопровода — концентрация кислорода окажется в 500 раз выше нормы. Он вызовет язвенную коррозию — питтинг. Для истонченных труб это приговор.
Особенно уязвимы элеваторные узлы советского образца — их сопла диаметром всего 7 - 10 миллиметров забиваются шламом мгновенно. А это означает полную остановку циркуляции во всем доме. Прочистка требует разборки узла, что занимает часы.
Но самое страшное — это долгосрочные последствия. Даже если коммунальщики все сделают правильно, избежать разрушений не удастся. Они просто отложены во времени.
Инженеры прогнозируют: пик аварий придется на отопительный сезон 2027 - 2028 годов. Трубы, которые должны были служить еще несколько лет, начнут массово лопаться.
«Даже при идеальном выполнении процедур количество аварийных ремонтов весной-летом возрастет на 300 - 500 процентов по сравнению с докризисными показателями», — констатируют специалисты.
А через год ситуация станет еще хуже. Проблема в том, что процесс необратим. Кислородная коррозия, запущенная в январе, продолжит разъедать металл. Места, где стенка трубы истончилась до миллиметра, через полгода-год дадут свищи.
«Кислородный удар» января 2026 года сократил остаточный ресурс стальных труб на 5 - 7 лет. Это означает, что трубопроводы, которые планировалось менять в 2030 году, потребуют замены уже в 2028.
В нынешних условиях заменить изношенные коммуникации — задача практически невыполнимая. Нет ни материалов, ни бригад, ни финансирования в нужных объемах.
Эксперты дают четкие рекомендации, которые могли бы снизить риски. Заполнять систему только через нижнюю линию — обратку. Скорость потока — не больше 0,3 - 0,5 метра в секунду. Температуру поднимать плавно — не быстрее 10 - 15 градусов в час.
Обязательно добавлять химические ингибиторы коррозии прямо в момент заполнения. Это поглотители кислорода вроде сульфита натрия или специальные органические вещества, которые создают защитную пленку на металле.
Устанавливать фильтры перед насосами и теплообменниками. Чистить их каждые 4 - 6 часов в первые сутки работы.
Но в реальности соблюдать все это крайне сложно. Управляющие компании просто не успевают обслужить столько домов в короткий период, потому что у них не хватает инженеров и рабочих.
А жители замерзающих домов требуют тепла немедленно. И коммунальщикам приходится торопиться, рискуя вызвать гидроудары и повреждения.
Стоимость одного только слива и повторного запуска системы для обычного многоквартирного дома — 100 - 200 тысяч гривен. Это только технические работы, без учета возможных аварий и ремонтов.
А ведь речь идет о тысячах домов. И это только прямые затраты. Непрямые — поврежденное оборудование, затопленные квартиры, замена вышедших из строя узлов — посчитать невозможно.
К концу января в Киеве восстановили отопление примерно в 85 процентах домов, оставшихся без тепла после атак. Но около 500 зданий до сих пор холодные. Власти говорят о дефиците электроэнергии и сложной ситуации с энергосистемой.
Зеленский распорядился не начислять плату за тепло тем, кто остался без отопления. Корректировку обещают провести в январских квитанциях. Но деньги — это меньшая из проблем.
Особенно тяжелая ситуация складывается в домах советской постройки. В «сталинках», «хрущевках» и «брежневках» стоят чугунные радиаторы, которые крайне чувствительны к резким перепадам температуры и давления.
Проблема еще и в том, что в этих домах вертикальная разводка труб. Стояки проходят через все квартиры снизу доверху. Чтобы выпустить воздух при заполнении системы, нужен доступ именно в верхние квартиры — там установлены краны Маевского.
А если хозяева уехали? Дверь закрыта, ключей нет. Весь стояк блокируется воздушной пробкой. Вода не циркулирует, начинает остывать и может замерзнуть повторно.
В новых домах ситуация чуть лучше — там горизонтальная поквартирная разводка с автоматическими воздухоотводчиками в местах общего пользования. Доступ в квартиры не требуется. Но и там есть свои проблемы: тонкостенные стальные панельные радиаторы подвержены сквозной коррозии после двух-трех недель простоя во влажной среде.
Тысячи киевских семей сейчас радуются возвращению тепла. Батареи снова горячие, в квартирах потеплело. Кажется, кризис позади.
Но инженеры предупреждают: под батареями и в стенах домов тикает бомба замедленного действия. Сработает она не сегодня и не завтра. Может, через полгода. А может, через год, когда морозы вернутся снова.
И вот тогда начнется настоящий ад. Массовые порывы, затопления, отключения целых районов. В условиях военных действий ликвидировать такие аварии будет в разы сложнее, чем раньше.
Необходимо быть готовым к тому, что даже при идеальном выполнении всех процедур восстановления, городу потребуется заблаговременное формирование резервов труб, запорной арматуры и ремонтных бригад. Иначе справиться с лавиной проблем будет просто невозможно.
Остается один вопрос, на который пока нет ответа: готовы ли власти и коммунальные службы к тому шквалу проблем, который обрушится на город через несколько месяцев?
А как вы думаете: можно ли было избежать слива воды из систем отопления или это был единственный выход?