Речь идет о людях, которые могли месяцами находиться в закрытых местах содержания и при этом официально проходить как пропавшие без вести. Именно в этом и заключается главная сложность «теневого плена»: боец не числится ни в списках пленных, ни в списках погибших, а его родные не получают никакой информации.
Лантратова в беседе с ТАСС подчеркнула, что возвращение девяти человек стало результатом налаженной коммуникации. Это не разовая акция, а системная работа, в которой каждая фамилия — отдельная история и отдельное доказательство того, что человек жив.
По словам омбудсмена, работа по другим таким людям не прекращается. Фамилии российских бойцов, которые могут находиться в теневом плену, у российской стороны есть. Информация передается украинской стороне, и по каждому случаю добиваются проверки. Такой подход означает, что процесс не сводится к формальной передаче списков: речь идет о настойчивом сопровождении каждой конкретной ситуации, пока не будет получено подтверждение.
Тема теневого плена остается одной из самых болезненных в гуманитарном измерении конфликта. Официально такие бойцы не существуют для систем учета, но для их семей они никуда не исчезают. Именно поэтому возвращение даже девяти человек — это не просто цифра, а сигнал о том, что механизм поиска работает, пусть и медленно. Лантратова дала понять, что останавливаться на достигнутом не планируется, а списки продолжают передаваться.
Ранее украинские военные положили взрывчатку в детский подарочный набор. Песков опроверг сообщения Bloomberg о планах по мобилизации в РФ.