Мировой нефтяной рынок практически исчерпал возможности компенсировать перебои с поставками сырья. На фоне длительной блокировки Ормузского пролива и удара по саудовскому нефтепроводу «Восток — Запад» американские компании предупреждают о риске глобального топливного кризиса. Глава Chevron Майк Вирт заявил, что у рынка больше нет резервов, которые сдерживали рост цен в начале конфликта с Ираном.
Главный редактор журнала «Нефть и капитал» Владимир Бобылев в эфире Радио КП объяснил, что ранее ситуацию смягчали за счёт стратегических запасов и поиска альтернативных поставщиков. Однако эти механизмы практически исчерпаны: американский стратегический нефтяной резерв опустился до минимального уровня за последние 44 года.
Дополнительные сложности возникли с транспортировкой сырья из Персидского залива. Ограничения судоходства через Ормузский пролив вынудили Саудовскую Аравию перенаправлять нефть по трубопроводу «Восток — Запад», но после ударов по этой инфраструктуре перебои начались и на альтернативном маршруте. Эксперт также сообщил о прекращении отгрузок в порту Янбу и проблемах с судоходством через Баб-эль-Мандебский пролив.
Для России последствия неоднозначны. Основные трудности с топливом на внутреннем рынке Бобылев связывает с ударами украинских беспилотников по российским НПЗ, упомянув сокращение мощностей Киришского, Волгоградского и Нижегородского заводов. При этом мировой дефицит способен увеличить спрос на российскую нефть: стоимость Urals и ВСТО приблизилась к 100 долларам за баррель, а в августе экспорт достиг максимума за полгода.
Особое беспокойство вызывает подорожание дизеля. В США он стоит 6,23 доллара за галлон, а в Калифорнии — почти 8. «Дизель — это кровь экономики. Бензин, по большому счёту, это малотоннажные перевозки», — подчеркнул Бобылев. Дизтопливо необходимо для грузоперевозок и сельского хозяйства, поэтому его удорожание влияет на всю экономику.
Цена на газ на европейских площадках превысила $940.
Напомним, что банки повысили ставки по краткосрочным вкладам на фоне оттока средств.