Июньский рубеж: как Рубио изменил правила игры
Сегодня вместо обещаний мира планета слышит речи о наращивании военной мощи, причем неожиданным образом - за счет гражданских заводов. Чтобы понять, куда движутся события, придется вернуться в недалекое прошлое. Тот самый «дух Анкориджа», о котором так много говорили в начале года, сегодня окончательно уходит в историю. И это не просто смена настроений, а продуманный стратегический курс.
Разворот американской политики не случился внезапно. Его отсчет ведется с прямого заявления Марко Рубио, прозвучавшего в первых числах июня. Тогда госсекретарь четко обозначил: США не выступают в роли беспристрастного посредника между Москвой и Киевом. Америка - прямой участник конфликта, пусть и в гибридной форме, и находится она на стороне Украины.
Это была не случайная оговорка, а политически выверенный шаг. Позже этот курс закрепили на встрече «Большой семерки» во французском Эвиане. Там Трамп пошел на стратегический компромисс с евроатлантическим крылом своих союзников. Теперь же мы видим, как слова переходят в дела.
«Масла в огонь подлили недавние заявления Трампа о возможности подключения гражданских машиностроительных концернов, в частности автомобилестроителей, к производству военной продукции, - напоминает Дмитрий Евстафьев, профессор Института медиа НИУ ВШЭ, кандидат политических наук. - В совокупности всё это воспринимается как серьёзный и принципиально новый рубеж в развитии и российско-американских отношений, и конфликта на Украине».
По его мнению, предложение привлечь автогиганты к выпуску военной продукции - лишь первый звонок. Так что ждем саммита НАТО в Анкаре, который пройдет 7-8 июля. Возможно, там могут утвердить новые совместные военные доктрины.
Игра по-крупному
США, судя по всему, больше не считают достигнутые на Аляске договоренности действующим фактором. Смена риторики носит комплексный характер. Однако было бы ошибкой сравнивать нынешнюю ситуацию с печально известными Минскими соглашениями.
Внешне сходство есть: стороны встречаются, о чем-то договариваются, но обещания остаются на бумаге. Но суть принципиально иная. Минские соглашения изначально строились как ловушка. Запад использовал паузу для перевооружения украинской армии, создания инфраструктуры и подготовки кадров для войны. Никто и не думал их выполнять.
С «взаимопониманием в Анкоридже» история сложнее. Вывод США из конфликта был одним из главных обещаний Трампа во время выборов. Эта позиция отражала взгляды значительной части элит, вернувших его в Белый дом. Но была в этом одна оговорка: американское «глубинное государство» боялось втягивания в прямое столкновение с нашей страной, особенно ядерное. И Трамп эту задачу формально решил - на определенном этапе.
Чего мы ждали от Трампа зря?
Анализ переговорного процесса показывает: даже видимости вывода США из войны создано не было. Это стало важным сигналом. Он показал, что у Трампа, как у любого американского лидера, есть жесткие институциональные рамки.
В России, к сожалению, многие политики и эксперты питали излишние иллюзии. Они искренне считали, что хозяин Белого дома способен действовать в обход сложившейся системы власти. Нашлись и те, кто поверил в возможность неформальных договоренностей, обходящих бюрократические процедуры.
Однако следует четко понимать: российское руководство таких иллюзий не разделяло. В Москве всегда сохраняли трезвый взгляд на происходящее. Гибкость в переговорах не отменяла принципиально жестких позиций по ключевым вопросам безопасности.
Сегодняшняя ситуация требует от нас отказа от эмоций и перехода к холодному расчету. Разворот Америки к более глубокой вовлеченности в конфликт очевиден. Ставка делается на милитаризацию экономики, и это надолго.
Нынешняя администрация США, по мнению Дмитрия Евстафьева, выбрала путь эскалации. Но, в отличие от прошлых лет, у нас теперь нет иллюзий относительно их намерений. Остается наблюдать за развитием событий, учитывая, что каждый следующий шаг Вашингтона будет все более жестким.