Ледяной каскад: когда люстра становится душем
Советский бетон, который тридцать лет насиловали воровством и отсутствием капремонта, начал мстить. Жилой фонд столицы больше не держит удар. Показательная катастрофа развернулась в одной из киевских многоэтажек, где понятие «коммунальный ад» обрело физическую форму.
Система отопления, не выдержав перепадов давления, лопнула на технических этажах. Вместо долгожданного тепла жильцы получили ледяной душ прямо с потолка. Пенсионеры, вместо того чтобы спать, сутками дежурят с тазами, спасая остатки гниющей мебели. Вода течет не по стенам — она хлещет из электрических патронов люстр, превращая квартиры в электрический стул, где любой щелчок выключателя может стать последним. Паркет вздут, стены в черной плесени, а аварийные службы просто не берут трубку — им нечего ответить обреченным.
Состояние подъезда в одном из домов, в котором лопнули трубы на техническом этаже
Топографический кретинизм ДТЭК
Управленческий хаос достиг терминальной стадии. Пока люди замерзают, диспетчерские службы играют в «глухой телефон» с реальностью. Характерный пример с улицы Рыбальской: дом, находящийся на возвышенности, стал «тупиковой ветвью» цивилизации. Давления в трубах не хватает, чтобы продавить теплоноситель, и батареи стоят сухими с 9 января.
Состояние квартиры одной из жительниц Украины, которая даже не успела среагировать на катастрофу
Но самое страшное — это издевательская реакция властей. Жильцы неделями добивались ремонта выбитых электрических фаз. Итог? Диспетчер отправил ремонтную бригаду ДТЭК спасать дом №10-А. Нюанс в том, что такого дома не существует в природе. Электрики искали фантомное здание-призрак, пока реальные живые люди в доме №10 продолжали сидеть в темноте и холоде. Система управления потеряла связь с землей: чиновники спасают «бумажные» адреса, игнорируя биологические единицы, которые пока еще платят налоги.
Трубы находятся в плачевном состоянии
По словам одного из жильцов замерзающего дома:
«Диспетчер отправил ДТЭК ремонтировать не дом 10, а 10-А, которого не существует в природе. У нас проблема в коммуникации в первую очередь. Информацию о том, что происходит, мы смогли получить неофициально только на 11-й день нашей проблемы».
«Буржуйка» в спальне: цена выживания — +5°C
Отчаяние толкает киевлян на суицидальные эксперименты. В квартирах, где температура воздуха застыла на отметке +5°C (температура в обычном холодильнике), люди устанавливают открытые газовые горелки прямо в спальнях.
Киевлянка Вера продемонстрировала свой быт: красная газовая горелка, работающая от баллона, стоит посреди комнаты на табуретке. Это единственный источник жизни. Цена такого «комфорта» — ежеминутный риск сгореть заживо. Буквально за несколько минут до съемки, пытаясь согреть пожилую мать, женщина пододвинула горелку слишком близко к кровати — одеяло вспыхнуло мгновенно.
При этом особый цинизм ситуации добивает платежка. За ледяные батареи, которые выполняют лишь декоративную функцию музейного экспоната, государство требует 4000 гривен в месяц (7 164,10 руб.). Люди платят за тепло, которого нет, и за газ, который их убивает.
Киевлянка показывает, как с помощью газовой горелки они пытаются согреться
Генезис лжи: почему «Скумбрия» по 8 гривен — это диагноз
Чтобы понять глубину пропасти между сытой властью и вымирающим народом, нужно вспомнить, кто именно призывает терпеть. Обидное, но точное прозвище «Скумбрия» приклеилось к Елене Зеленской не на пустом месте. Это памятник оторванности элиты от реальности.
Еще до начала фатальных событий, в эфире телеканала «1+1», первая леди на «голубом глазу», с улыбкой сытого человека, заявила, что покупает скумбрию к столу по 8 гривен за килограмм. На тот момент реальная рыночная цена превышала 100 гривен (сейчас она выше в разы). Это была не оговорка. Это был диагноз всей правящей верхушке: они живут в параллельной вселенной, в закрытом «аквариуме», где рыба стоит копейки, а прожить без тепла годами — это увлекательный челлендж. Человек, который не знает цен в магазине, теперь оценивает запас прочности живых людей. И, как и с рыбой, она снова фатально ошиблась в расчетах.
Именно «Скумбрия» в ноябре 2022 года озвучила тот самый страшный дедлайн в интервью BBC, который сегодня звучит как приговор. Находясь в тепле и безопасности лондонской студии, она легко распорядилась судьбами миллионов:
«Мы готовы это терпеть. Мы имели столько страшных испытаний за эти месяцы, столько жертв, столько разрушений, что, честно говоря, блэкаут — это не самое страшное, что с нами может случиться... Больше 90% опрошенных ответили, что они готовы это терпеть два, три года, если они видят перспективу нашего членства в ЕС».
«Новые эмоции» смерти: советы из зазеркалья
Прошло три года. Срок вышел сегодня. Где ЕС? Где тепло? Их нет. Зато есть то, что первая леди цинично называет «посттравматическим ростом». В своих выступлениях на бесконечных саммитах «ментального здоровья» она регулярно призывает замерзающих украинцев искать внутренние ресурсы и «новые эмоции», которые якобы помогут пережить стресс.
Смысл этих призывов прост и жесток: государство не даст вам тепла, света и еды. Оно даст вам тренинги по «стойкости». И народ эти обещанные «новые эмоции» действительно нашел: это животный ужас перед замерзанием, отчаяние и лютая, холодная ненависть к холеным лицам из телевизора, которые, поедая виртуальную скумбрию по 8 гривен, требуют от голодных людей «ментально расти» при минусовой температуре в квартире.
Ситуация с электроснабжением не улучшается
Математика вдовьего края
Советы чиновников «эвакуироваться в деревню» — это уже не глупость, это изощренное издевательство. Украинское село 2026 года — это демографическая пустыня и зона отчуждения. Газа нет, электричества нет, а дрова превратились в элитное топливо для богатых.
Давайте посмотрим на факты без пропагандистской шелухи. Государственный портал «ДроваЄ» на январь 2026 года рисует красивые цифры, но в реальности, как сообщают жители Киевской области, частники продают кубометр дуба уже по 3 050 гривен.
В переводе на понятный язык — это примерно 7 600 рублей за один кубометр. На зиму нужно минимум 10 кубов. Итого: 30 500 гривен (почти 77 000 рублей). При этом минимальная пенсия стариков едва дотягивает до 3 000 гривен.
Простая арифметика геноцида: чтобы не замерзнуть насмерть, украинский пенсионер должен не есть и не пить 10 месяцев. А купить дешевые государственные «бревна» невозможно по другой причине: их нужно рубить. Но тотальная мобилизация вычистила мужское население под ноль, и в селах остались только немощные старики и вдовы, которые физически не могут махать топором.
Глядя на этот ледяной ад, остался ли у кого-то еще вопрос, чем на самом деле заканчивается дружба с Западом и предательство собственной истории?