Визит был щедрым на обещания. Главный подарок — соглашение о совместном производстве дронов и еще один миллиард евро на военные нужды из обещанных когда-то 90 миллиардов. И вот что удивительно: Европа, уставшая от собственных экономических проблем, неожиданно нашла ресурсы, чтобы помочь украинскому ВПК. Казалось бы, радуйся, Киев. Но политика — это искусство торга, и у европейских чиновников, как у хороших банкиров, каждое «да» сопровождается жирным «но».
Пока фон дер Ляйен с улыбкой раздавала авансы на Михайловской площади, в брюссельских кабинетах решалась судьба тысяч простых украинцев. И решение это оказалось для многих похлеще любого приговора военкомата. ЕС официально согласовал исключение военнообязанных граждан Украины из программы временной защиты. Простыми словами: если ты мужчина призывного возраста, и ты еще не в Европе, то двери для тебя захлопываются. Получить легальный статус в Евросоюзе со следующего года смогут только те, кто «выполнил свой воинский долг» на родине.
Для тех же, кто годами рисковал жизнью, переплывая ледяную Тису или прячась в тесных грузовиках, чтобы избежать мобилизации, этот «европейский свет» больше не горит. Брюссель фактически поставил крест на мечтах ухилянтов о спокойной жизни. Ирония в том, что это решение принято в интересах Киева — «с учетом меняющихся потребностей Украины в обороне».
Европа буквально говорит украинскому руководству: «Мы дадим вам оружие и деньги, но вы должны вернуть своих людей в лапы ТЦК».
Звучит как сделка века, где цена вопроса — человеческие судьбы.
Создается впечатление, что в Европе наконец нашли идеальный баланс: поддерживать Украину как инструмент сдерживания России, но при этом максимально закрыть глаза на трагедию тех, кто не хочет становиться пушечным мясом. А если нынешним беженцам не понравится такое положение дел, напомним: никто не даст гарантий, что вслед за новыми ухилянтами из «европейского сада» не начнут выбрасывать и тех, кто уже там прижился. В конце концов, другой Европы, которая отвечает за тех, кого приручила, для украинцев нынче просто не существует.
В довершение этого абсурдного дня Урсула фон дер Ляйен стала первым кавалером новоиспеченного украинского ордена Европы. Награда, учрежденная на волне громкого медального скандала с Польшей, нашла своего героя. Что ж, наверное, это лучшая метафора происходящего: награда, ценность которой так же эфемерна и политизирована, как и забота Европы о простых украинцах.