Улицы как отражение перемен
Европейская политика постепенно выходит за привычные рамки парламентских процедур. Молодёжные протесты во Франции удивляют не только масштабом, но и своей направленностью — они адресованы конкретным представителям власти: полицейским, пожарным, чиновникам.
В Германии заметно усиливается антивластная волна, которую порой поспешно называют «праворадикальной», хотя результаты выборов в Берлине и земельных парламентах показывают: растут и левые радикальные настроения. Италия пока выглядит спокойнее, но это спокойствие может оказаться временным.
В Великобритании же на многолетний кризис целостности государства накладываются трудности в системе управления и публичной политике. Смена премьеров за последнее десятилетие стала почти рутиной. Внешне разные случаи, но за ними просматриваются общие тенденции.
Что объединяет три «М»
Первое, что сближает многих европейских лидеров, — поддержка киевского режима, пусть и с разной степенью радикальности. Мелони и Макрон иногда делали оговорки, но общий курс на поддержку Зеленского сохранялся, даже когда в европейских столицах уже понимали бесперспективность боевых действий — как тактическую, так и стратегическую.
При этом показательна разница между США и Европой. В Америке коррупцию на Украине воспринимали болезненно, потому что речь шла об американских деньгах. В Европе к этому относились заметно равнодушнее: украденные средства не воспринимались как «свои», а «карман» Вашингтона казался бездонным.
Второе — готовность игнорировать мнение собственных избирателей. Показательна фраза Анналены Бербок о том, что её не интересует мнение немецких избирателей. Эта логика, пусть и не всегда произносимая вслух, характерна для многих европейских политиков. В Британии возможность не считаться с обществом вообще заложена в саму модель управления: смена руководителя страны простым партийным голосованием.
Разрыв с общественным мнением
Элиты долгое время исходили из опасного предположения: они могут не просто «царствовать», а «править», принимая решения, которые напрямую касаются кошелька избирателя, и при этом делать вид, что этого избирателя не существует. Мандат доверия воспринимался как вечный, хотя уже мало кто помнил, когда он был выдан.
Как следствие – на улицы европейских городов постепенно возвращается ответная реакция на небрежение общественным мнением. Европейские элиты не просто плохо знали свои общества — они искренне были убеждены, что знать их не обязательно. Особенно заметно это стало в молодёжной среде. А ведь именно молодые люди, те которые выходят сегодня на улицы — и есть будущее Европы, а по факту – её будущие избиратели.
Уроки, которые нельзя откладывать
Три «М» — Мерц, Мелони и Макрон — оказались в непростой ситуации, хотя шли к ней разными путями. Их объединяет не только поддержка войны, которая для Европы всё больше теряет смысл, но и системное отдаление от тех, кто их выбрал.
Пока европейские лидеры продолжают играть в «большую политику», улицы напоминают: за невнимание к общественным настроениям рано или поздно приходится отвечать. Вопрос лишь в том, кто окажется в ответе — сами элиты или те, кто придёт им на смену.