Все началось с того, что мужчина пришел к церкви святых Жен-Мироносиц в московском районе Марьино и стал вести себя странно: бросал камни, скандалил со служителями, портил церковный инвентарь, мешал остальным прихожанам. В храме его знали хорошо: этот молодой мужчина был здесь давним прихожанином, и прежде никто не замечал за ним ничего подобного, он вел себя всегда тихо.
Настоятель храма Михаил Сергеев рассказал журналистам, что в то утро прихожанин сначала ушел в соседний Дюссельдорфский парк, а потом сам позвонил в скорую — жаловался на голоса в голове и галлюцинации. В храме знали о его психическом расстройстве, поэтому параллельно вызвали именно психиатрическую бригаду. Но на место приехала обычная скорая помощь.
Это стечение обстоятельств привело к трагедии.
Бросилась на помощь и пострадала
Фельдшеру Полине было 23 года. Она подошла к мужчине, чтобы осмотреть его — делала свою работу так, как делала всегда. В этот момент он схватил лопату, которая лежала неподалеку у входа, и обрушил ее на голову девушки.
Удар за ударом много раз. Когда Полина упала, он не остановился. Свидетели рассказывали, что мужчина продолжил бить ее ногами и кулаками прямо в лицо. Жестокое избиение попало на видео, которое быстро разлетелось по сети. Смотреть эти кадры без содрогания невозможно.
Медики НИИ Склифосовского, куда доставили пострадавшую, зафиксировали черепно-мозговую травму и перелом основания черепа. На затылке — открытая рана. Девушку немедленно подключили к аппарату ИВЛ и поместили в реанимацию. По последним данным, врачи не исключают, что она может остаться инвалидом на всю жизнь.
Просто перестал принимать таблетки
По предварительным данным, нападавший не только состоял на учете в психоневрологическом диспансере, но и был лудоманом, т.е человеком с игровой зависимостью. И примерно за две недели до трагедии психическое состояние мужчины резко ухудшилось после того, как врачи сообщили ему нечто, что выбило его из колеи. Предположительно, именно тогда он перестал принимать препараты.
Священнослужители и прихожане в один голос говорят: раньше он никогда не проявлял агрессии. Тихий, немного замкнутый, но не опасный. Однако на учете в психоневрологическом диспансере он состоял — то есть система о нем знала. И все равно в тот день на вызов приехала обычная, а не психиатрическая бригада.
Спасительный выстрел
Пока нападавший избивал фельдшера, несколько человек пытались его остановить физически — безуспешно. Мимо проходил мужчина, который, увидев происходящее, выстрелил из травматического пистолета в сумасшедшего.
Пули попали в шею и грудь. К тому моменту, когда на место добрались сотрудники Росгвардии, нападавший был уже без признаков жизни. Стрелка немедленно задержали полицейские несмотря на то, что он только что предотвратил страшную трагедию и спас жизнь фельдшеру.
Территорию вокруг храма оцепили. Следователи принялись восстанавливать хронологию произошедшего по минутам.
«Нет оснований для уголовного преследования»
Развязка наступила на следующий день — 2 сентября. Правоохранительные органы объявили: мужчину отпускают, обвинение ему предъявлять не станут. Его действия расценены как необходимая оборона. Травматическим оружием он владел законно, лицензия оформлена по всем правилам.
«Решение правоохранителей не предъявлять обвинения прохожему, который застрелил мужчину, напавшего на людей в московском храме, является справедливым», — заявил заместитель управляющего делами Московской патриархии архиепископ Зеленоградский Савва (Тутунов).
Эти слова многие восприняли с нескрываемым облегчением: потому что в этой истории все и так было очевидно с самого начала, кроме одного: почему человека, спасшего жизни, вообще пришлось задерживать.
Мечта стать врачом
Пока общество обсуждало правомерность выстрела, Полина лежала на операционном столе. Хирурги провели трепанацию черепа. Операция прошла без осложнений, и это, пожалуй, единственная хорошая новость во всей этой истории. Сейчас девушка находится в искусственной коме: тяжелый ушиб мозга, множественные переломы.
Полина — студентка шестого курса Сеченовского университета, специальность «Лечебное дело». Поступила на бюджет по олимпиаде — а это в Сеченовке само по себе история о характере и способностях. Мечтает стать гематологом-онкологом. Недавно вышла замуж. Однокурсники говорят о ней коротко и точно: добрая отличница.
Сейчас ее однокурсники пытаются осознать случившееся. Люди, которые учились с Полиной рядом шесть лет, не могут поверить в то, что произошло.
Три главных вопроса
Эта история вызвала такой резонанс не только из-за жестокости произошедшего. Она снова показывает, что три важнейших проблемы до сих пор не решены законодателями:
- Безопасность медиков. Фельдшеры и врачи скорой в России подвергаются нападениям регулярно. Статистика неутешительная, законодательство меняется медленно, а девушки вроде Полины продолжают ездить на вызовы в полной уверенности, что все обойдется.
- Психиатрический контроль. Нападавший состоял на учете. Система знала о его болезни. Но когда он перестал пить таблетки и его состояние стремительно покатилось вниз — никто этого не заметил. А когда из храма вызывали психиатрическую бригаду — приехала обычная скорая. Этот сбой обошелся девушке переломом черепа.
- Право на самооборону. Человек остановил убийцу. Его задержали. Потом отпустили. Все правильно, но сам факт того, что в первые часы он сидел в полицейском участке, а не дома, заставляет задаться вопросом: а что было бы, если бы он не стрелял? Ответ очевиден, и он пугает.
Сейчас главный вопрос — не юридический и не философский. Он простой и человеческий: как там Полина? Врачи борются. Родные ждут. Однокурсники — тоже.
Девушка, которая хотела лечить людей от рака крови, сама оказалась между жизнью и смертью. Именно потому, что приехала помочь. И в этом — вся чудовищная несправедливость этой истории, которую не объяснить ни одной официальной формулировкой.