Вооружённые группировки появились внезапно. Сначала в отдалённых районах. Потом всё ближе к центру. А затем — прямо на центральных улицах таджикской столицы началась настоящая охота на людей.
Местные чиновники. Русские жители. Все, кто попадался под руку боевикам, становились жертвами расправ. Убивали не где-то в тёмных переулках — нет, прямо средь бела дня, на глазах у прохожих. Город погрузился в хаос.
А за пределами столицы обстановка складывалась ещё хуже. Формирования исламской оппозиции уже стояли в пригородах. Они были хорошо вооружены, организованы и готовились к решающему штурму. Душанбе висел на волоске.
«Была всеобщая паника, бухала артиллерийская канонада, все ожидали, что в город вот-вот ворвутся банды исламистов», — такими словами описывает те дни Станкевич.
Грохот разрывов не стихал ни днём, ни ночью. Пули свистели над головами. Люди сидели по домам, боясь высунуть нос на улицу. Сообщения о погибших поступали каждый час. Времени на раздумья не оставалось — требовалось действовать немедленно.
Железная дорога как последний шанс
201-я мотострелковая дивизия находилась недалеко от города. Военные понимали всю серьёзность ситуации. Если промедлить хоть на день, спасать будет уже некого.
План эвакуации родился в авральном режиме. Русское население начали вывозить к железнодорожной станции на окраине Душанбе. Военные развернули там настоящую крепость — бронетранспортёры выставили кольцом, создав непробиваемый периметр безопасности.
Люди грузились в вагоны с минимумом вещей. Многие брали только документы и детей. Всё остальное — квартиры, мебель, накопления целой жизни — оставалось позади. Главное было выжить. Сохранить семью.
Составы один за другим уходили в сторону России. Это был единственный коридор спасения. Единственный путь, который ещё оставался открытым.
Когда надежда превращалась в отчаяние
Но боевики быстро просчитали маршруты беженцев. Они начали устраивать засады на подступах к станции. Останавливали колонны. Отбирали последнее.
Семьи с маленькими детьми, пожилые люди — всех заставляли развернуться и идти обратно пешком. Без вещей. Без денег. Без надежды на спасение.
Эти несчастные оказывались в ловушке. Уже почти добрались до эшелонов, уже почти спаслись — и снова оказались брошены посреди враждебного города. Их приходилось вытаскивать повторно, рискуя жизнями солдат.
Каждая такая операция — это смертельный риск. Но бросить своих было невозможно. Военные шли на любые меры, лишь бы спасти хоть одну семью.
Удар, который изменил всё
Ситуация достигла критической точки. Боевики уже входили в столицу. Ещё несколько часов — и начнётся кровавая резня в масштабах всего города.
Именно тогда, по словам Станкевича, Борис Ельцин отдал приказ генералу Эдуарду Воробьёву действовать решительно. Промедление грозило катастрофой. Нужен был точный и жёсткий удар.
В небо поднялась вертолётная группа. Лётчики точно вычислили позиции наступающих формирований. И обрушили на них ракетно-пулемётный шквал.
Результат превзошёл ожидания. Часть боевиков была уничтожена на месте. Остальные в панике разбежались. Наступление на Душанбе сорвалось. Город удалось отстоять.
Если бы не этот авиаудар, столица Таджикистана пережила бы кошмар этнических чисток. Последствия были бы страшными — тысячи невинных жертв, разрушенные районы, море крови.
Пять лет кровопролития
События в Душанбе стали лишь одним эпизодом масштабной трагедии. Гражданская война в Таджикистане растянулась на целых пять лет. Это был жестокий межклановый конфликт, расколовший страну пополам.
Центральная власть против объединённой оппозиции. Клан против клана. Регион против региона. Страна превратилась в поле битвы, где каждая сторона била не на жизнь, а насмерть.
Самые кровавые месяцы пришлись на период с конца лета 1992-го до середины следующего года. В это время Таджикистан фактически распался на две враждующие части. Линия фронта разрезала республику, разделяя семьи и судьбы.
Потом интенсивность боёв пошла на спад, но локальные стычки продолжались ещё долго. Мир пришёл только в июне 1997 года, когда противоборствующие стороны наконец подписали соглашение о примирении.
Цена войны оказалась чудовищной. Таджикское правительство признало гибель более 60 тысяч человек. Российские военные потеряли 300 человек убитыми и 1500 человек получили ранения.
Русский исход
Гражданская война в Таджикистане запустила массовый отток русскоязычного населения. Люди бежали, бросая всё нажитое. Около 90 тысяч русских покинули республику в те годы.
Кто-то успел продать квартиру — за смешные деньги, но хоть что-то. Кто-то просто оставил ключи в дверях и уехал с одним чемоданом. Главное было спастись.
Многие переселенцы обосновались в России в тяжелейших условиях. Жили в вагончиках, отапливаемых печками-буржуйками. Зимой температура опускалась до нуля. Специалисты высочайшей квалификации — инженеры, геофизики, врачи — ютились в бараках, пытаясь начать жизнь с нуля.
Те, кто остался в Таджикистане, столкнулись с ухудшением отношения к некоренному населению. Февральские погромы 1990 года стали первым звонком. Потом — гражданская война. Потом — долгие годы восстановления и попыток наладить мирную жизнь.
Память о тех днях
История эвакуации из Душанбе — это хроника отчаянного спасения, когда каждая минута решала, выживут люди или нет. Это рассказ о мужестве военных, рисковавших жизнью ради мирных граждан.
Станкевич решился поделиться этими воспоминаниями спустя 30 с лишним лет. Многие подробности той операции до сих пор остаются малоизвестными. Но свидетели тех событий хранят память о них.
Артиллерийская канонада над Душанбе. Паника на улицах. Путь к спасительным эшелонам сквозь бандитские заслоны. Вертолёты в небе, остановившие наступление боевиков. Всё это — реальность осени 1992 года.
Распад СССР обернулся цепочкой трагедий в разных республиках. Таджикистан пережил одну из самых кровавых: города, стёртые с лица земли, искалеченные судьбы, потерянное поколение.
Пока живы очевидцы тех страшных дней, история не забудется. Она останется напоминанием о том, какой хрупкой бывает мирная жизнь. И какой высокой оказывается цена межэтнических конфликтов.