Главная проблема перемирия между США и Ираном — не Ормузский пролив и даже не ядерная программа, а Ливан. Иран с самого начала поставил условие: прекращение огня должно распространяться и на ливанский фронт, где Израиль воюет с проиранской «Хезболлой».
Тегеран требует, чтобы Вашингтон «призвал Израиль к ответу» за удары по Бейруту. Но Белый дом и Нетаньяху заявляют: Ливан — не наша проблема, перемирие его не касается. Это фундаментальное расхождение и сорвало переговоры в Исламабаде.
На этом фоне пакистанская дипломатия оказалась между двух огней. С одной стороны, Исламабад заинтересован в мире — страна уже ввела жесткую экономию топлива и не выдержит нового витка конфликта. С другой — Пакистан исторически поддерживает палестинцев и выступает против Израиля. Министр обороны Пакистана и вовсе назвал Израиль «раковой опухолью» прямо во время переговоров. Естественно, Тель-Авив тут же заявил: такая страна не может быть честным посредником.
Трамп лично давит на Нетаньяху. После жесткого телефонного разговора израильский премьер неожиданно согласился на прямые переговоры с Ливаном в Вашингтоне. Но это лишь тактическая уступка. Израиль по-прежнему не признаёт Ливан частью перемирия, а его удары по «Хезболле» не прекращаются. Перемирие между США и Ираном истекает 22 апреля, и пока пакистанские дипломаты носятся между Тегераном и Вашингтоном, Тель-Авив продолжает играть свою партию — максимально жёстко.
Мир без Америки: как иранский кризис убил Pax Americana. Блокада Ормузского пролива США может сорвать визит Трампа в КНР.