14 июня Швейцария окончательно отвергла инициативу ультраправой партии SVP «Нет 10-миллионной Швейцарии»: 55% избирателей проголосовали против. Это стало третьим крупным поражением партии в многолетней кампании за ограничение иммиграции — после победы 2014 года, которую правительство фактически заблокировало, и разгрома в 2018-м. Почему SVP не удаётся продавить свои законы даже при поддержке почти половины граждан и что за этим стоит — в материале.
В воскресенье, 14 июня, Швейцария окончательно определилась с будущим своей миграционной политики. Граждане страны на общенациональном референдуме отвергли инициативу «Нет 10-миллионной Швейцарии», предложенную крупнейшей партией страны — правой Швейцарской народной партией (SVP). Согласно предварительным подсчётам, 55% избирателей высказались против, 45% — за. Документ требовал не допустить роста населения до 10 млн человек к 2050 году (сейчас в стране проживает около 9,1 млн) и ввести драконовские ограничения на иммиграцию, включая возможный разрыв соглашений с ЕС о свободном передвижении рабочей силы.
Это поражение стало закономерным продолжением череды неудач партии в её попытках перекроить иммиграционную политику. Начало этой эпопее положил февраль 2014 года. Тогда SVP с перевесом всего в 19 500 голосов (50,3%) удалось провести «Инициативу против массовой иммиграции». Казалось, это была оглушительная победа. Партия требовала немедленно ввести жёсткие квоты на въезд иностранцев и расторгнуть соглашение с ЕС о свободном передвижении. Однако в дело вступили политики и крупный бизнес. Правительство и парламент, опасаясь экономического коллапса и изоляции, провели мягкий вариант закона, который лишь декларировал принцип приоритета местных работников и по сути сохранил свободу передвижения. SVP назвала это предательством, но оспорить решение не смогла.
К 2018 году, когда партия вновь вышла на бой, избиратели уже не были столь благосклонны. Новая «Инициатива о самоопределении», поданная как «усиленная» версия предыдущей, должна была закрепить приоритет швейцарского законодательства над международным. На этот раз даже в традиционных оплотах SVP в сельской местности поддержка резко упала. Если на пике 2014 года в кантоне Цюрих за предыдущую инициативу голосовали более 70% в ряде сельских коммун, то в 2018-м эти же районы дали лишь около 56% — инициатива была разгромлена.
Последняя, третья битва (2025–2026) завершилась той же картиной: раскол между городом и селом, франкоязычным западом и немецкоязычным востоком, а также неспособность SVP убедить большинство в том, что её рецепт спасения не навредит экономике. «Победа» 2014 года осталась единственной в новейшей истории партии, и даже её правительство свело к нулю.
Политологи видят в этой череде поражений чёткую закономерность. SVP успешно играет на страхах граждан: перенаселение, нехватка жилья, переполненный транспорт. Однако, как только дело доходит до конкретных шагов, избиратели отступают. Те же люди, что жалуются на иммиграцию, боятся лишиться доступной рабочей силы, особенно в сферах услуг и медицины. Аналитики GFS Bern назвали главной причиной провала страх перед «негативными последствиями для экономики и рынка труда». Эксперт по миграции Avenir Suisse Патрик Лейсибах подчеркнул: избиратели задавались совсем не глобальными вопросами, а утилитарными: «Кто будет обслуживать меня в ресторане? Кто позаботится обо мне в старости?».
Сыграл свою роль и геополитический контекст. 2025 год для Швейцарии выдался тяжёлым: Дональд Трамп ввёл одни из самых высоких пошлин в Европе именно на швейцарские товары. В такой нестабильной международной обстановке, когда позиции ЕС ослабли, а цены на экспорт взлетели, Берну было крайне невыгодно добавлять к этому ещё и торговую войну с главным партнёром. Инициатива SVP создавала риск, который страна сочла неоправданным. Таким образом, SVP остаётся мощной силой, способной собирать почти половину голосов, но её идеи всякий раз разбиваются о прагматизм избирателей и реальную экономику. Пока эта дихотомия сохранится, партия обречена собирать голоса протеста, но не одерживать стратегических побед.
Ранее глава РФПИ связал действия Лондона в Ла-Манше с внутренней политической повесткой.
Профсоюзы и бизнес Финляндии не договорились о выплатах из-за инцидентов с БПЛА.