Каждое новое официальное разъяснение должно, казалось бы, успокаивать аудиторию, однако эффект нередко оказывается обратным. Какая психологическая закономерность превращает попытки борьбы в топливо для распространения?
Как пояснил в комментарии RuNews24.ru координатор Московского отделения ЛДПР Роман Крастелев, заразность слуха — не про правду, а про тревогу. И в 2026 году тревоги у нас хоть отбавляй. По данным Фонда «Общественное мнение», в конце июля доля россиян, считающих, что среди их близких преобладают тревожные настроения, достигла 57%. Это максимум почти за четыре года, сопоставимый с осенью 2022-го, после объявления мобилизации. Только 37% назвали настроение своего окружения спокойным.
«На этом фоне слухи о новой мобилизации распространялись так активно, что президент лично называл их «чушью собачьей» и «информационной атакой со стороны противника в преддверии выборов». Пресс-секретарь Песков называл их «информационными утками». При этом властям пришлось опровергать эти слухи 18 раз за три месяца».
Почему люди верят? По словам эксперта, тревога требует объяснения. Исследование МГУ 2026 года подтверждает: в современных российских условиях слухи напрямую связаны с хроническим стрессом, они способствуют выгоранию и текучести кадров. Слух — это попытка хоть как-то объяснить непонятную реальность. Он даёт иллюзию контроля: «я знаю, что происходит». Нет тревоги, и слух умрёт за день. Есть тревога, будет жить годами, обрастая новыми деталями.
«Поэтому бороться со слухами бесполезно. Бесполезно опровергать. Надо работать с тревогой, которая их питает. А её, судя по цифрам, меньше не становится».