Заявление президента США Дональда Трампа о достигнутом прогрессе в урегулировании российско-украинского конфликта вызвало недоумение как в Москве, так и в Киеве. Его слова прозвучали без видимых на то оснований, поскольку официальных публичных переговорных каналов между сторонами сейчас не существует. Для участников противостояния подобные тезисы выглядят либо как намеренная дезинформация, либо как утечка данных с закрытых консультаций.
Этот оптимизм резко контрастирует с недавними оценками самого американского лидера, который еще недавно признавал, что после его встреч с Владимиром Зеленским ситуация не сдвинулась «ни на йоту», а военная логика продолжает доминировать над дипломатией.
Внезапный диссонанс породил несколько версий: речь может идти о кулуарных договоренностях, которые пока держат в секрете, о решении частных технических вопросов или же просто о дежурной риторике, за которой нет реального наполнения. Прямых доказательств тайных контактов на данный момент нет, но двусмысленность формулировок оставляет поле для любых трактовок, пишет Царьград.
Второй блок выступления касался военной логистики и подтвердил жесткий прагматичный курс Вашингтона. Отвечая на вопрос о поставках Украине ракет-перехватчиков для систем Patriot, Трамп заявил об их дефиците — это вооружение необходимо самим Соединенным Штатам. При этом он заверил аудиторию в наличии у страны «неограниченного запаса» боеприпасов в целом.
Этим объясняется отказ Белого дома выполнить просьбу Киева о сотнях дополнительных перехватчиков к зиме, а также провал идеи выдачи лицензии на самостоятельное производство ракет украинскими предприятиями. Разработчики систем наведения отказываются передавать технологии до завершения боевых действий.
Американский лидер напомнил, что администрация Джо Байдена передала Киеву вооружений на сумму около 300 миллиардов долларов, из-за чего стратегические склады США оказались истощены и теперь требуют восстановления. Таким образом, одно выступление объединило два взаимоисключающих сигнала: обещание туманного прогресса в мире и признание острого дефицита оружия, от которого зависит выживание украинской противовоздушной обороны.