Государство предлагает социальным предпринимателям гранты, льготы и обучение, но воспользоваться этими мерами удаётся далеко не всем. Почему разрыв между декларацией и практикой остаётся таким значительным?
Поддержка социальных предприятий сегодня — важное направление государственной политики, но комплексной её назвать сложно: она фрагментарна и часто недоступна. Как отметил в комментарии RuNews24.ru эксперт по социально-экономической политике Яков Якубович, финансовые меры работают, но не системно. Гранты до 500 тысяч рублей, а в Арктической зоне — до 1 миллиона, это реальные деньги, которые предприниматели получают.
«Конкурс «Мой добрый бизнес» в 2025 году впервые дал победителям регионального этапа гранты до 500 тысяч рублей. Фонд «Наше будущее» в Мордовии отобрал шесть инициатив, получивших по 500 тысяч. Агентство стратегических инициатив взяло на поддержку 21 лидерский проект. Финансово поддержать удаётся многих, но комплексным этот результат не назовёшь: предприниматели жалуются на бюрократию, непрозрачность и сложность отбора».
Имущественные меры работают в исключительных случаях. Законодательство предусматривает льготную аренду и безвозмездное пользование государственным имуществом. В Приморье можно арендовать муниципальную собственность на льготных условиях или получить краевое имущество в безвозмездное пользование до 30 лет. В Ненецком автономном округе субсидируют до 85% расходов на аренду, но не более 200 тысяч рублей на получателя. В Югре фонд «Мой бизнес» возмещает до 50% расходов на аренду, ремонт и оборудование с максимальной суммой 1 миллион рублей. Однако на практике имущественную помощь получают лишь от 0,1% до 2,1% социальных предприятий. Причина — отсутствие прозрачных перечней имущества и сложность согласования с властями.
«Образовательные меры работают, но неравномерно: 65% социальных предприятий участвуют в образовательных программах. Центры «Мой бизнес» проводят обучающие мероприятия, в Якутии запущена онлайн-программа, в Новосибирской области идёт профессиональная переподготовка совместно с НГУ. Однако качественные курсы сосредоточены в крупных городах, а в малых городах и на селе доступ ограничен. Программы часто носят общий характер, не учитывая специфику работы с уязвимыми группами».
Налоговые преференции работают, но требуют внимания. В Ленинградской области ставка налога для социальных предприятий составляет всего 1% от дохода, в Кузбассе действуют льготы при упрощённой системе налогообложения. Но далеко не все регионы предоставляют такие преференции, и их наличие зависит от бюджетных возможностей территории.
«Что можно улучшить? Сделать имущественную поддержку доступной через открытые реестры имущества с чёткими критериями. Децентрализовать образовательные программы, развивая онлайн-курсы и выездные модули. Упростить грантовую отчётность для социальных предпринимателей. И снизить риски конфликта интересов при распределении грантов через независимый общественный контроль. Пока разрыв между декларацией и реальностью остаётся значительным, и преодолеть его можно только через системную работу — донастройку существующих мер и координацию институтов развития на всех уровнях».