Сторонники шестидневки предлагают экстенсивный путь: увеличить производство без инвестиций в технологии и автоматизацию. Но мировая наука давно доказала обратное: после 50 часов в неделю производительность падает, а риск инсульта вырастает на треть. Что стоит за призывами работать больше — забота о благосостоянии страны или попытка переложить бремя экономических проблем на плечи обычных людей?
В комментарии RuNews24.ru эксперт по социально-экономической политике Яков Якубович напомнил, что академик РАН Геннадий Онищенко заявил, что переход на шестидневную рабочую неделю не несёт рисков для здоровья и давно пора это сделать ради экономики. Слова человека, чьё мнение воспринимается как сигнал из коридоров, близких к власти, прозвучали в момент, когда в Минтруда заговорили о гибком графике — от четырёх до шести дней. Затем Олег Дерипаска повторил эту мысль. Почему эта тема возникла сейчас? Действительно ли больше часов работы означает экономический рост?
По словам Якова Якубовича, эксперты называют это зондированием общественного мнения. Обсуждается готовность населения к ужесточению трудовой дисциплины в условиях экономического давления и кадрового голода. Формально Онищенко и Дерипаска — не чиновники, но их высказывания всегда находились в фарватере государственной политики. Идея вызывает открытое неприятие: у многих россиян упала покупательская способность на фоне роста цен.
«Сам факт публичного обсуждения этой темы выполняет сразу несколько задач. Во-первых, это создает психологический контраст: на фоне идеи шестидневки сохранение нынешней пятидневки начинает казаться подарком, как в том анекдоте про еврея и раввина, который сначала предложил купить козу, а потом продать козу. Во-вторых, это сигнал бизнесу: государство легитимизирует желание работодателей интенсифицировать труд без увеличения штата. И в-третьих, это попытка сформировать новую социальную норму: «работать больше — значит спасать страну», — пояснил эксперт.
Он также отметил, что тезис о недостаточной трудовой активности населения не подтверждается статистикой. Россия входит в число стран с самым высоким уровнем фактически отработанного времени. Многие уже работают по графику, близкому к шестидневному, но не от хорошей жизни, а чтобы компенсировать низкие зарплаты.
Экономическая наука давно разделила экстенсивный путь роста, то есть увеличение часов работы, и интенсивный, то есть повышение выработки на единицу времени. Сторонники шестидневки предлагают первый, но именно он является тупиковым. Исследование Стэнфорда показало: при рабочей неделе свыше 50 часов производительность падает. Производительность труда в России значительно ниже, чем в развитых странах, и повышать её нужно за счёт автоматизации и технологий, а не часов.
Эксперт подчёркивает, что заявление Онищенко противоречит данным мировой науки. Исследование The Lancet показало, что работа более 55 часов в неделю повышает риск инсульта на 33%, а сердечных заболеваний — на 13%. По данным ВОЗ, такой режим является причиной сотен тысяч смертей ежегодно. Наибольший удар приходится на врачей, учителей, инженеров и работников сферы услуг.
Российские учителя входят в группу наивысшего риска профессионального выгорания. У фрилансеров опасность кроется в размывании границ между работой и жизнью. Многие из них работают на несколько заказов и сталкиваются с хронической усталостью.
Сторонники шестидневки видят в ней возможность быстро увеличить производство без инвестиций в технологии. Но цена этого подхода высока: идея подрывает доверие к власти, у людей не остаётся времени на семью и детей, растёт нагрузка на здравоохранение, а через несколько месяцев экономический эффект становится отрицательным.
«Когда звучат призывы «больше работать», они редко сопровождаются обещанием «больше платить» и «создать условия для восстановления сил». В условиях, когда реальные располагаемые доходы населения восстанавливаются медленно, а многие семьи уже сегодня балансируют на грани, требование выйти на работу в субботу воспринимается не как патриотический порыв, а как попытка переложить бремя экономических проблем на плечи обычных людей».
Дискуссия о шестидневке — это разговор о модели развития страны. Экстенсивный путь — удел экономик прошлого. Интенсивный путь требует инвестиций в человеческий капитал. Публичное обсуждение шестидневки, скорее всего, останется обсуждением. Но сам факт, что такой сценарий озвучивается людьми с трибуны, близкой к государственной, заставляет задуматься: насколько мы готовы защищать свои права на отдых и здоровье?