Многие уверены, что хорошая история рождается из безупречного замысла и бесконечной шлифовки, но на практике всё происходит иначе. Почему стремление к совершенству порой становится главным врагом пишущего?
«Если вас пугает чистый лист, испачкайте его. Вы же собрались что-то писать? Ну и напишите план рассказа. Нет плана? Запишите идею. Нет идеи? Тисните название. Нет названия? Просто начните писать ерунду, пусть ваш ленивый мозг поймёт, что вы не встанете из-за стола, пока не набьёте 5000 знаков. На третьем абзаце мозгу станет скучно, и пальцы сами начнут выводить что-то осмысленное. Здесь, как и в любом деле, главное — начать. Притом неважно, как», — рассказал в комментарии RuNews24.ru постоянный автор «Самой страшной книги», многократный финалист «Чертовой дюжины», лауреат премии «Мастера ужасов» Герман Шендеров.
Начать что-то новое действительно сложно. В мире коротких видео и клипового мышления начало должно быть хлёстким, цепляющим. При этом, как поясняет эксперт, никто не заставляет вас начинать сначала. В процессе вы можете понять, что никакое начало не нужно. Или что половина написанного тоже не нужна. Плохо это? Нет, хорошо — вы «расписались» и готовы идти дальше. Ненужное можно удалить, хотя я обычно сохраняю отдельно — вдруг там остались алмазы.
«Почему возникает боязнь? У себя замечаю желание слишком многого требовать от первой попытки. Хочется сразу написать хорошо, причём собственным голосом, который почему-то начинает напоминать всех прочитанных авторов. Тут же можно вообразить будущего критика, который сообщит, что такое уже было у Кинга или Баркера. Сразу огорошу: это самое будущее, где теоретический читатель фыркает с неудачного начала, не наступило. И, возможно, не наступит. А вот вы, гипнотизирующий мигающий курсор, — есть. Не вступайте с собой в бессмысленные диалоги. Может, этот текст вообще никто не прочтёт, а вы уже испереживались».
По словам эксперта, есть и другая неприятность: в воображении история выглядит стройнее, чем на странице. Там легко почувствовать ужас от финала и пропустить обстоятельства, которые к нему приведут. Когда начинаешь писать, выясняется, что между двумя эффектными эпизодами герою предстоит прожить несколько дней. Что он будет есть, куда ходить на работу и как засыпать в экзистенциальном кошмаре — автор не обдумал. А надо ли?
Любой ступор — над именем персонажа, научным фактом, заклинанием — ваш враг. Мы не пишем от руки и не печатаем на машинке, вы не обязаны писать непрерывно и можете вернуться в это место позже. Но нет, мы садимся гуглить, листаем википедию, общаемся с нейросетью и теряем состояние потока. А оно в творчестве важно.
«К перфекционизму я отношусь настороженно. Доводить до идеала — здорово, приятно читать комментарии «как глубоко». Но важно поймать момент, когда вы начинаете шлифовать на молекулярном уровне. Поймать и остановить. Идеальных текстов не бывает. Никто из великих не садился за текст с мыслью «щас напишу шедевр».
Шедевром текст становится постфактум, и определяет это читатель. Кто знает, какая незамеченная корявость окажется потом не багом, а фичей? У любого шлифования должен быть итог.
«Специально писать плохо я не советую. Мне ближе написать настолько хорошо, насколько сейчас получается, и оставить право вернуться. По мере работы лучше понимаешь историю, поэтому в ранних фрагментах обнаруживаются слабые места. Никто не мешает их исправить. А автору, застывшему перед пустым листом в благоговейном ужасе, я бы посоветовал записать замысел без требований к форме. У такого текста есть полезное свойство: его можно прочитать. Иногда этого достаточно, чтобы двигаться дальше».