Госзаказ любят не все: редкое авансирование, необходимость вкладывать свои ресурсы на год-два, страх ошибки в первой части заявки — всё это отпугивает многих. Однако те, кто прошёл этот путь и сдал объект, признают: в итоге прибыль с лихвой покрывает издержки. Как изменилась система с тотальной цифровизацией и почему прозрачность не всегда ведёт к честной конкуренции?
«Можно утверждать, что заявки с точки зрения технической подготовки и заполнения стали реально проще, особенно по электронному аукциону. За это время, для всех, включая поставщиков различных продуктов для госнужд по 44-ФЗ, форма упростилась, и они стали тратить меньше времени на эту заявку. Время — деньги, тем более для предпринимателя. Цифровизация в этом плане экономит время поставщика», — пояснил в комментарии RuNews24.ru директор, основатель сети тендерного сопровождения «Эксперт Центр» Владимир Боксеров.
Эксперт также отметил, что госзаказ не любят, потому редко можно рассчитывать на авансирование. По его словам, у людей нет желания вкладываться, поскольку они хотят работать на чужих деньгах. Но тот, кто реально работает в госзаказе, сдавал объект, ощущал прибыль, — понимают, что это все оплачено с превышением.
«Когда дебет с кредитом сводится, — вот там как правило приятно. Стоимость входного билета: нужно какое-то количество ресурсов, чтобы 1-2 года поработать, а не тратиться на себя любимого. Что касается вопросов с заполнением первой и второй части: ошибки практически сведены к нулю. Раньше история с заполнением первой части использовалась как законное ограничение конкуренции, когда просто размазывали на 50 страниц, и любое неправильное слово, запятая не там, — это ликвидировали. Сейчас это убрали, что безусловно поправило ситуацию с конкуренцией».
При этом эксперт предупреждает, что тут есть важный нюанс: многие думают, что цифровизация сделала закупки прозрачнее, и конкуренция выросла. Однако конкуренция не выросла — это миф, который сформирован одним простым заключением. Поведением подрядчика.
«На определенной территории, к примеру, выходит 10 закупок, в которых могут принять участие каждый конкурент. Но при этом конкуренты ограничены во временных и финансовых ресурсах: каждую заявку надо обеспечить, это время тендерного специалиста. И есть ограничение в 7 дней. Что происходит на практике? Эти пять конкурентов, видя эти закупки, выбирают самые простые в просчете и высокомаржинальные. И по итогу, когда заканчиваются торги, весь объем сваливается в 2-3 «сладкие» закупки. Остальные стоят с 1-2 участниками, а какие-то могут вообще не отыграться. Отсюда и рождается этот миф про дикую конкуренцию. Потому что 5 человек зашли в одни и те же закупки, и в созданной ими же иллюзии соперничества плюются — вот у нас и конкуренция. Хотя в рамках рынка, цена, которая в итоге была «сладкой», могла стать хуже, чем в других».
При этом, как отмечает эксперт, при системном участии и интеллектуальном подходе, с хорошим вкладом, если работать системно — то можно хорошо выигрывать. Он также подчёркивает, что закупки действительно стали прозрачнее.
«И случилось это благодаря контролирующим органам. Шаг влево, шаг вправо — под камерами. Это действительно круто. И конкуренция не страшная: если сравнивать с западом, там выигрывается одна из 26 закупок. У нас же, если брать строительную отрасль, забирается каждая четвертая закупка».
Владимир Боксеров отмечает: упростить — не значит сделать лучше. Например, автоматическая упрощенная система налогообложения упростила, но стала дороже для бизнеса. Крупные игроки, которые представлены на рынке, стали чаще обращаться к своим внутрикорпоративным закупкам через площадки — рынок только формируется. Они учатся прозрачно формулировать документацию, потому что прозрачно сформулированные правила закупки прямо пропорциональны количеству участников. Чем меньше субъективного в правилах подведения итогов конкурса госзакупки, тем больше участников. И задача закупщиков сейчас — это отшлифовать.
«Есть новые стартапы, например, Тендерград, чья миссия звучит в улучшении качества строительства во всей России. За счет чего? Не секрет, что между генподрядчиком и итоговым исполнителем порой пропасть. Из одной, двух, трех прослоек — а это значит, что по итогу тот, кто делает работу, получает кратно меньше. Все остальное оседает на спекулянтах. И на выходе мы видим, что бетон тоньше или другие существенные нарушения».
Эксперт подчеркнул, что если итоговый исполнитель получает больше, то и результат лучше. Цифровизация позволяет эти прослойки убирать, делая путь к деньгам для реального исполнителя короче. И это сейчас главный прагматичный тренд.