Когда утренний туман над полигоном рассеялся, история кровавой империи, годами державшей в страхе пограничье Азии, подошла к своему финалу. Утро 29 января стало последним для одиннадцати человек, которые еще вчера считали себя неприкасаемыми хозяевами жизни и смерти. Китай поставил точку в деле клана Мин, но эхо их чудовищных преступлений все еще звучит в телефонных трубках по всему миру, напоминая: зло не исчезает, оно лишь меняет локацию.
Центральное телевидение Китая не стало делать из этого шоу, ограничившись сухой, как выстрел, сводкой: приговоры приведены в исполнение. Одиннадцать главарей, включая наследников могущественной семьи Мин — Мин Гопина и Мин Чжэньчжэнь, — получили смертельную инъекцию. Вместе с ними на эшафот взошли их «финансовые директора» и подельники, обеспечивавшие работу гигантской машины по отмыванию денег.
11 главарей клана Мин
Сам патриарх клана, 69-летний Мин Сюэчан, сумел избежать позора публичной казни, покончив жизнь самоубийством еще во время облавы в конце прошлого года. Судебный процесс, завершившийся в Вэньчжоу, был стремительным и беспощадным: доказательная база, собранная на руинах их империи, не оставила шансов на апелляцию. Перед смертью им позволили лишь короткое прощание с родственниками, после чего государственная машина, которую они годами пытались купить, раздавила их окончательно.
Мин Сюэчан, патриарх и основатель преступного клана Мин. Бывший чиновник и один из самых влиятельных людей в самоуправляемой зоне Коканг (Мьянма). Его называли «старым вождем» или местным полевым командиром, лояльным военной хунте Мьянмы
Чтобы понять, за что их казнили, нужно заглянуть внутрь их «бизнеса». Клан Мин усовершенствовал схему, известную в Азии как «Sha Zhu Pan» или «Убой свиней». Это не примитивные звонки от «службы безопасности банка», а сложнейшие психологические спецоперации, где жертву («свинью») откармливают месяцами, прежде чем зарезать.
В закрытых охраняемых парках сидели тысячи рабов, создававших идеальные виртуальные личности: успешных бизнесменов, моделей, криптоинвесторов. Они знакомились с жертвами в соцсетях, влюбляли их в себя, строили планы на будущее, а затем невзначай предлагали «проверенную инвестицию». Когда ослепленная жертва вкладывала все свои сбережения, продавала квартиры и брала кредиты, платформа исчезала. Оборот этой фабрики лжи, по данным суда, превысил 10 миллиардов юаней (≈110 млрд руб.), и каждый цент в этой сумме был пропитан отчаянием обманутых людей.
В официальном вердикте Верховного народного суда КНР сказано:
«Подсудимые возглавляли преступную группу, которая не только занималась мошенничеством, но и совершала особо тяжкие преступления: умышленные убийства, причинение увечий и незаконное лишение свободы».
Но смертный приговор клану подписали не украденные деньги, а пролитая кровь. Точкой невозврата стал инцидент, произошедший 20 октября в резиденции «Вилла Крадущийся тигр». Когда группа рабов попыталась сбежать, охрана клана Мин открыла огонь на поражение. По данным следствия, подтвержденным выжившими, тогда погибли не только невольники, но и внедренные агенты китайской полиции, работавшие под прикрытием.
Людей, не выполнявших план по мошенничеству, не просто увольняли — их сажали в водяные клетки, избивали электрическими дубинками и морили голодом. Суд официально подтвердил смерть 14 человек, но найденные на территории поместья захоронения говорят о том, что реальный счет идет на сотни. Клан Мин возомнил себя государством, имеющим право карать и миловать, и именно этот вызов Пекин не простил.
Члены клана Мин перед казнью
Трагедия в том, что жернова этой системы перемалывают не только китайцев. История Лены Самойловой (имя и фамилия изменены), белорусской модели, стала страшным доказательством того, что угроза нависла и над нашими соотечественниками. Схема вербовки отработана до мелочей: в Телеграм-чатах появляются вакансии хостес или моделей в Таиланде с зарплатой от $3000.
Девушка прилетела в Бангкок, села в машину к «менеджеру» и очнулась уже на другом берегу реки Мо, в Мьянме, где у нее отобрали паспорт. Отказ заниматься проституцией или интернет-мошенничеством стоил ей жизни: по данным расследователей, Лену убили, а тело так и не вернули родным, что породило жуткие слухи о черном рынке трансплантологии. И пока мы читаем эти строки, десятки россиян, поверивших в сказку о легком заработке, могут находиться в таких же бетонных подвалах.
Казнь клана Мин — это победа, но не окончание войны. Пока на севере Мьянмы зачищали «Крадущегося тигра», на юге, в штате Карен, военные штурмовали другой оплот преступности — комплекс KK Park. Здесь рабовладельцы пошли еще дальше, используя передовые технологии для защиты своего бизнеса.
При штурме, освободившем 2000 человек, были найдены терминалы спутникового интернета Starlink, позволявшие мошенникам работать автономно, игнорируя любые блокировки интернета. Символично, что технологии Илона Маска, которые официально стали частью программы дронов ВСУ, в джунглях Мьянмы обслуживают рабовладельцев. Этот факт пугает больше всего: криминальный мир мутирует, вооружаясь дронами и спутниками, и превращает дикие джунгли в высокотехнологичные зоны отчуждения, куда вход стоит рубль, а выход — жизнь.
Мин Гопин, один из ключевых главарей преступного клана Мин, сын основателя клана Мин Сюэчана
Глядя на то, как Китай радикально решил проблему с теми, кто терроризировал его граждан, возникает вопрос: хотели бы вы, чтобы организаторов телефонных спам-атак в России ждал такой же суровый финал?