В башкирском городе Кумертау произошла трагедия, которая потрясла даже опытных следователей. Мать и бабушка шесть лет пытались добиться помощи для молодого человека, поведение которого становилось всё более странным. Врачи, полиция и военкомат раз за разом отвечали: оснований для вмешательства нет. Помощь пришла слишком поздно. Подробности - в нашей статье.
Елена работала поваром и растила Данила и Никиту без мужа: отец ушёл, когда старшему было 12, и алиментов не платил. Чтобы содержать сыновей, женщина брала подработки, а после девятого класса пристроила Данила учиться на повара и стала брать с собой помощником. Бабушка, Галина Борисовна, позже рассказала в интервью YouTube-каналу Елены Погребижской: внук сильно обиделся на отца.
С подругой Ксенией Данил устроился в ночной клуб. Она заметила: новые знакомые влияют на него дурно, он начал вдыхать токсичные вещества.
«Присылал фото, где дома полно пьяных людей. Я говорила, что перебарщивает. Он отвечал: молодость одна», - вспоминает девушка.
Зимой 2020-го, меньше чем за полгода до выпуска, он бросил колледж. Стал замкнутым, смотрел отсутствующим взглядом. Позже попал в реанимацию после попытки уйти из жизни. Данил перестал выходить из дома.
Окна завесил плотной тканью - казалось, за ним следят из дома напротив. Свет запрещал включать. В пандемию обмывал упаковки с лапшой под краном. Потом пошли приступы ярости: бил бабушку и мать ногами за то, что раздражали голоса, ошпарил кипятком вернувшегося из армии брата.
«Никита сказал: «Я туда больше ни шагу», - рассказала бабушка.
К психиатру Данил идти отказывался. Врач, вызванная на дом, поговорила с ним и заключила: ничего серьёзного. Полиция после избиения матери забирала его в отдел и отпускала. Ксения месяцами писала и просила о встрече - он вышел на лестничную клетку, в квартиру не пустил, выглядел истощённым, руки тряслись.
Других знакомых, пришедших с тортом, выставил за дверь, а угощение выбросил. В военкомате ответили: привести силой нельзя. Так прошло шесть лет. Перед трагедией Данил изрезал всю верхнюю одежду.
1 февраля 2026 года Елена осталась с сыном вдвоём. После разговора на кухне он принёс из ванной топор и ударил мать по шее со спины. Тело расчленил, сходил за вёдрами и ножовкой, достал стеклянные банки из-под заготовок.
На следствии объяснил: хотел сохранить в квартире порядок. Голову нашли в комнате, кости - в коробке. Бабушка позже обнаружила в духовке противень с обугленными остатками мяса и лука - к делу их не приобщили.
Дверь вскрыли спасатели. Данил сидел на диване укрывшись одеялом и смотрел в телефон. В коридоре стояло ведро с внутренностями.
«Пальто висит, шапка на месте. Голову наклонила - ведро с кишками. Кричу: «Данила, что это?». Полицейский: «Ш-ш-ш!» и вытолкали в подъезд. Тут я поняла: её нет», - сокрушенно говорит Галина Борисовна.
В СИЗО Данил давал показания ровно. Признался, согласился, что поступил дурно, но сожаления не высказал: мать мешала жить, и он сделал бы так же снова. Экспертиза установила параноидальную шизофрению: в момент расчленения тела он не мог в полной мере осознавать свои действия.
Бабушка говорит: страшно представить, что было бы, окажись она у двери раньше полиции - ключ торчал с обратной стороны.
«Бог меня спас. Три дня ходила туда с правнучкой, ей 10 лет. А если бы он открыл?».
Простить внука она не может:
«Портрет Ленки поставлю, уберу, поставлю. Говорю: «Прости, девочка моя, не уберегла».
На суд придти собирается, но как смотреть ему в глаза - не знает...
Эта история - горькое напоминание о том, что равнодушие врачей и полицейских порой стоит человеческой жизни. Когда родные годами бьются в закрытые двери, а в ответ слышат лишь «оснований нет», система тихо подписывает приговор.
Тревожные звоночки в поведении близкого человека нельзя списывать на возраст или характер - их нужно проверять до конца. Настойчивость бабушки заслуживает уважения, но одного мужества пенсионерки оказалось мало там, где требовалась работа специалистов.
Каждый, кто видит, что с родным человеком творится неладное, должен знать: добиваться помощи - право, а не назойливость. И пусть эта трагедия станет уроком для тех, от кого зависит, услышат ли семью вовремя.