В Вашингтоне вновь взялись за старую, проверенную тактику: сначала резкое обострение, ультиматумы и громкие заявления, а затем — внезапная пауза и призывы к дипломатии. В центре этой игры оказался Иран, а ставки на кону — стабильность всего нефтяного рынка и безопасность в стратегически важном регионе. Разбираемся, почему президент США одновременно говорит и об ударах, и о переговорах, и какую выгоду Америка пытается извлечь из этой неопределенности.
В последние дни мировые информационные ленты пестрят заголовками, которые противоречат друг другу. Сначала Вашингтон выдвинул ультиматум Тегерану, фактически загнав ситуацию в угол, где время работало против дипломатии. Однако всего за несколько часов до истечения этого срока риторика изменилась: Белый дом объявил о паузе.
Такие зигзаги давно стали визитной карточкой нынешней американской администрации. Суть подхода проста: резко повысить ставки до предела, заставив оппонента нервничать, а затем, в самый последний момент, сменить тон.
Это позволяет держать и противников, и союзников в состоянии постоянного напряжения. Сейчас эта тактика применяется в полной мере: Вашингтон не делает жесткого выбора между военной операцией и дипломатией, а использует оба инструмента одновременно.
Пауза, о которой объявили в Белом доме, не разрядила обстановку, а лишь добавила ей тумана. Американская сторона оставляет за собой все варианты развития событий: от подписания сделки до нового витка эскалации, продолжая стягивать силы в регион.
Трамп явно что-то снова задумал
Интересно, что за публичными заявлениями о том, что Иран отвергает диалог, последовали не менее важные события за закрытыми дверями. Появилась информация о якобы прямом телефонном разговоре между главой иранского внешнеполитического ведомства Аббасом Аракчи и представителем ближнего круга президента США.
Судя по утечкам информации, в ходе этой беседы иранская сторона якобы дала понять: решение о движении к соглашению фактически принято на самом верху. Более того, источники указывают на то, что в Тегеране уже произошли внутренние изменения, связанные с передачей полномочий, что открывает окно для дипломатических маневров.
«Никаких переговоров с США не проводилось, а фейковые новости используются для манипулирования финансовыми и нефтяными рынками и для выхода из тупика, в котором оказались США и Израиль», — заявил спикер иранского парламента Мохаммад Багер Галибаф.
Для внешнего наблюдателя это выглядит классической восточной игрой: публичное отрицание переговоров и одновременно — активная работа по закрытым каналам. Однако для России такая двойная игра всегда была сигналом к повышенной осторожности. Москва традиционно выступает за прозрачные механизмы урегулирования, не терпящие сюрпризов, которые могут затронуть интересы наших партнеров в регионе.
Иранцев провести не так-то просто
Совпадение по времени здесь выглядит слишком очевидным, чтобы быть случайным. Разворот в риторике произошел буквально за несколько часов до открытия американских биржевых площадок, которым грозили серьезные потрясения из-за кризиса вокруг Ормузского пролива.
Пока в эфире звучат слова о мирном урегулировании и дипломатии, Вашингтон выигрывает для себя критически важное время. Нефтяные рынки, чутко реагирующие на любую нестабильность в регионе Персидского залива, получили временную передышку, что позволило избежать резкого обвала или скачка котировок в неудобный для Америки момент.
Однако «дипломатическое прикрытие» не мешает Пентагону наращивать военное присутствие. Подготовка к возможному сценарию продолжается: силы перебрасываются, техника разворачивается, военные готовятся к любому развитию событий. Получается, что слова о мире идут рука об руку с работой военной машины, которая нацелена на силовой вариант.
«Резкий переход от угрозы ударов к внезапной паузе лишь усиливает неопределённость вокруг следующего шага Вашингтона. Пока Белый дом указывает на дипломатию, Пентагон продолжает расширять своё военное присутствие в регионе», - подчёркивает Fox News.
Нестабильность в регионе отражается на нефтерынках
Для России такая политика «управляемого хаоса» со стороны Вашингтона несет в себе прямые риски. Нефтяной рынок - основа нашего бюджета. Любая эскалация в Персидском заливе неминуемо ведет к скачку цен, что в краткосрочной перспективе может казаться выгодным, но в долгосрочной - создает колоссальную нестабильность для всей мировой экономики.
Кроме того, наша страна исторически выступает гарантом стабильности в регионе, поддерживая дружественные отношения как с Ираном, так и с другими ближневосточными государствами. Попытки США решать вопросы за счет шантажа и непредсказуемости противоречат принципам международного права, которые Москва последовательно отстаивает.
Российские эксперты указывают на то, что дипломатия Вашингтона становится заложником внутриполитических циклов и конъюнктурных соображений, когда стабильность целых регионов приносится в жертву сиюминутной выгоде. Вопрос в том - чем обернется для Ближнего Востока эта игра в «кошки-мышки»? Приведет ли непредсказуемость Вашингтона к реальному диалогу, или же все это станет лишь ширмой для начала новой силовой операции?