Разбалансировка мировой экономики может оказаться ещё глубже и серьёзнее, чем просто энергетический кризис, хотя кажется – куда уж хуже. Однако предпосылки есть и весьма ощутимые. Ведь конфликт США, Израиля и Ирана заблокировал в Персидском заливе не только танкеры с газом и нефтью.
В Заливе заперты сейчас также такие важные составляющие мировой экономики, как алюминий, гелий, минудобрения и прочие значимые продукты промышленной химии и металлургии.
Без многих из них немыслима работа ни сложнейших отраслей индустрии, ни сельское хозяйство. Трейдеры, производители и все остальные причастные уже готовятся вовсю к худшим сценариям.
Если «кризис» на Ближнем Востоке продлится ещё хотя бы месяц, то производствам не будет никакого смысла покупать данные виды сырья. Цены на него станут неподъёмными.
И тогда военный и энергетический кризис перерастёт в производственный и экономический во всём мире. Затронет он абсолютно все страны, даже те, что сейчас могут выиграть от краткосрочного взлёта цен.
Например, после перекрытия Ормузского пролива «встали» около 7 млн тонн алюминия из Катара и Бахрейна. Вдумайтесь, читатели – это почти 10% от всего мирового предложения. Рынок и до войны в Заливе испытывал не лучшие времена, а теперь ещё и это.
Если в середине февраля тонна этого металла стоила всего 500 долл., то через месяц – уже 3,5 тыс. долл.! Сейчас цена с корректировалась, однако стоит алюминий и ныне существенно дороже, нежели 3 тыс. долл. за тонну.
Металл этот абсолютно «системен» для машиностроения. Он требуется для выпуска автомобилей, самолётов, любого иного транспорта и их комплектующих. Его главное свойство – лёгкость при допустимой прочности.
Используется он и в строительстве, и в солнечной энергетике. В общем, до сих пор он является незаменимым.
Остановка танкеров с ним в Ормузском заливе ударила по многим. Особенно – по Евросоюзу, который покупал продукцию арабских горняков и металлургов. Теперь производители по всему миру вынуждены выскребать запасы отовсюду, но даже это не гарантирует им удовлетворения спроса.
«Русал» успокоил клиентов и посредников: Россию эти проблемы не коснутся. Серьёзно нарастить объёмы он вряд ли сможет – так указывают эксперты. Однако поправит свои дела после спада производства в 2025 году.
Куда более нематериальный, но ничуть не менее востребованный элемент – газ гелий. Этот инертный газ из школьной программы химии имеет мировое значение благодаря тому, что применяется в производстве медоборудования, ракет, полупроводников. Без него никак в промышленности оптоволокна и соответствующих кабелей.
Электроника, ЖК-экраны и аппараты МРТ также не могут без этого газа, добываемого из газов природного и нефтяного попутного.
Как всегда, работает «закон подлости» и главными мировыми производителями промышленного гелия являются США и Катар. За прошлый год арабское государство залива выдало 63 млн кубометров. Американцы дали 81 млн кубов.
Понятно, кто нагреет руки на нынешнем дефиците. Гангстерская политика Вашингтона, наверняка предусматривала нечто подобное ещё тогда, когда Трамп только писал свои планы на второе президентство.
У России тут свои резоны. Мы могли бы резко нарастить производство этого газа. Сейчас, когда мы производим около двух десятков миллионов тонн гелия, действует недавно запущенный Амурский газоперерабатывающий завод.
Он вообще может выдавать до 60 млн тонн кубов. Однако нам крепко подкузьмили «европейские товарищи» санкциями.
Для того, чтобы воспользоваться окном, когда цены на гелий скакнули вдвое, следует заручиться контрактами не на один месяц. Тогда рост производства на наших заводах будет обоснован. Всё это требует немалой лоббистской работы в разных странах мира, которой заниматься нужно прямо сейчас.
Ну и рынок удобрений. Как оказалось, Иран «закрыл» в Персидском заливе до 35% мирового объема карбамида и азотных удобрений и 45% серы, что нужна для выпуска фосфатных удобрений.
Оман и Саудовская Аравия выпускают до четверти мирового объёма мочевины. А сейчас заводы в странах Аравийского полуострова либо «тормознуты», либо работают с перебоями.
Как и в случае с ближневосточной нефтью, основным потребителем удобрений ныне является Китай. Риски для полуторамиллиардной страны ощутимы – начинается посевная кампания, от неё зависит будущий урожай. Если не будет удобрений, то его можно лишиться.
Россия тут нашему стратегическому партнёру не великий помощник. Мы производим и продаём по максимуму, резервов нет. Производители заработают на росте цены, но сильно нарастить выпуск не смогут.
В общем, на примере только ряда сырьевых по сути товаров видно, что противостояние на Ближнем Востоке влечёт за собой риск развала мировой экономики.
Предприятия встанут из-за невыгодных цен на сырье. После запустить многие производственные циклы – потребуется время. А это риски: от простоя работников до голода в беднейших странах мира.
Разрушение цепочек поставок может ударить и по России, хоть и не сразу. В общем, Трампу стоило бы завершать со своей авантюрой. Америке тоже придётся хлебнуть, даже с учетом того, что она сначала и нагреется на росте цен.