Несколько часов назад в мире случилось нечто такое, о чём скоро будут говорить все. Крупнейшая нефтяная держава планеты оказалась в морской осаде — и цены на бензин для всей планеты могут взлететь так, что нынешние цифры покажутся детской шалостью.
Чтобы понять, что именно произошло сегодня, нужно отмотать чуть назад — буквально на несколько недель. Напряжённость между Саудовской Аравией и йеменскими повстанцами из движения «Ансар Аллах», которых весь мир знает как хуситов, копилась давно. Эти две силы воевали — с перерывами — больше десяти лет. Когда-то казалось, что стороны нащупали хрупкое перемирие. Но хрупкое — значит ненадёжное.
Всё рухнуло в середине июля. Саудовская авиация нанесла удары по международному аэропорту Саны — столицы Йемена, которую контролируют хуситы. По заявлению повстанцев, были разрушены взлётно-посадочные полосы, фактически отрезав миллионы йеменцев от любого авиасообщения с внешним миром. Хуситы расценили это как объявление новой войны — и ждать ответа не заставили. Ракеты и беспилотники полетели в сторону международного аэропорта Абха — курортного города на юго-западе королевства, который прежде считался достаточно далёким от линии огня.
Авиакомпании мгновенно почувствовали угрозу. Небо над приграничными саудовскими городами опустело — сервис FlightRadar зафиксировал полное отсутствие воздушного трафика над Абхой и соседними Наджраном и Джизаном. Хуситы предупредили: любая авиакомпания, которая рискнёт летать в воздушное пространство королевства, делает это на свой страх и риск — до тех пор, пока блокада Саны не будет снята.
20 июля военный представитель «Ансар Аллах» Яхья Сариа сделал заявление, от которого у судовладельцев и нефтяных трейдеров по всему миру мгновенно рухнули все планы.
«Мы объявляем о запрете на морское судоходство для саудовского противника в соответствии с принципом «блокада в ответ на блокаду».
Именно эта формула — «осада за осаду», «блокада за блокаду» — стала ключевой. Хуситы дают понять: пока Эр-Рияд держит в блокаде йеменские порты и аэропорты, ни один танкер, ни один сухогруз не доберётся до саудовских терминалов в Красном море.
Заявление не было просто словами — аэропорт Абха снова вздрогнул от взрывов в тот же день. Хуситы умеют говорить коротко и действовать немедленно. Именно в этом и состоит их главная переговорная сила.
В своём заявлении мятежники дали понять, что готовы к «всеобъемлющей эскалации» в ответ на шаги Эр-Рияда. Движение оставляет за собой право на жёсткий ответ на любую «глупость» со стороны Саудовской Аравии.
Немаловажная деталь, которую хуситы особо подчеркнули: осада Йемена со стороны Эр-Рияда длится, по их словам, уже без малого 20 лет. Именно эта риторика — «12 лет унижений» — делает блокаду в глазах сторонников движения не агрессией, а восстановлением справедливости. Формальный мирный договор между сторонами не был подписан никогда: неофициальное перемирие, действовавшее с марта 2022 года после серии атак хуситов на энергетические объекты королевства, так и осталось джентльменским соглашением на бумаге. Теперь и оно — в прошлом.
Многих этот вопрос ставит в тупик. Казалось бы — небольшое повстанческое движение из одной из беднейших стран мира против богатейшей монархии с армией, вооружённой по последнему слову техники. Откуда такая дерзость?
Ответ кроется в географии и военных технологиях. «Ансар Аллах» контролирует западное побережье Йемена — именно то, вдоль которого тянется Красное море. И самое главное: хуситы держат под прицелом Баб-эль-Мандебский пролив — узкую горловину шириной всего около 30 километров, через которую суда выходят из Красного моря в Аденский залив и дальше в Индийский океан.
Саудовская Аравия давно выстроила хитрый обходной маршрут: нефть из восточных провинций перекачивается по трубопроводам к западному порту Янбу на берегу Красного моря — в обход Ормузского пролива, который сейчас перекрыт. Это казалось надёжным запасным выходом. Но хуситы, контролирующие йеменское побережье, теперь захлопывают и эту дверь: любой танкер из Янбу неизбежно пройдёт мимо их ракетных расчётов.
За годы войны повстанцы обзавелись внушительным арсеналом: противокорабельные крылатые ракеты, баллистические ракеты, ударные беспилотники, а также безэкипажные катера-камикадзе. Всё это они уже не раз применяли — и не только против саудовских судов. С октября 2023 года хуситы атаковали десятки торговых судов в Красном море, фактически отпугнув крупнейшие мировые судоходные компании от этого маршрута.
После того как Ормузский пролив — традиционная артерия Персидского залива — фактически выбыл из игры, Красное море стало единственной оставшейся веной, по которой нефть региона течёт к мировым рынкам. Говоря проще: предыдущий кран закрылся. И теперь хуситы тянутся к последнему.
Неслучайно в происходящем просматривается рука Тегерана. Трёмя днями раньше, 17 июля, Тегеран послал союзникам недвусмысленный сигнал: быть готовыми перекрыть Красное море. Не просьба — приказ. Хуситы выполнили его в течение нескольких дней. По сути, хуситы выступают как передовой отряд иранских интересов в регионе — и сейчас, когда Иран сам находится в тяжёлом противостоянии с США и Израилем, нужда в том, чтобы создать как можно больше «горячих точек» одновременно, только возросла.
Российский политолог-востоковед Елена Супонина не оставила пространства для двусмысленности в своей оценке: это бесспорно новый этап эскалации, новый виток — и за ним стоит Иран, чьё прямое воздействие на хуситов она не считает нужным скрывать. Тегеран давно и терпеливо ждал момента, когда его йеменские союзники сделают что-то по-настоящему заметное. Судя по всему, этот момент настал.
При этом сама ситуация сложнее, чем кажется. Хуситы когда-то получали деньги от Саудовской Аравии — на выплату зарплат и социальные нужды. Но что-то в этих отношениях надломилось. Теперь стороны, судя по всему, перешли к открытой войне — и йеменские повстанцы явно не собираются быть в ней слабой стороной.
Вот здесь начинается самое интересное — и одновременно самое тревожное. Красное море — не просто красивое название. Через него ежегодно проходит около 12% мирового товарооборота. Нефтяные танкеры, контейнеровозы, сухогрузы — всё это движется через узкий Баб-эль-Мандебский пролив, чтобы попасть из Азии в Европу или обратно.
Картина складывается жёсткая. Самый богатый нефтяной экспортёр мира — страна, на доходах которой держится весь грандиозный проект «Видение 2030» с его небоскрёбами в пустыне и футбольными суперзвёздами, — рискует попросту не смочь вывезти свою нефть на рынок. Покупатели в Азии — Китай, Индия, Япония — мгновенно ощутят дефицит, и он тут же отзовётся ростом цен.
Цифры уже сейчас внушают тревогу. Brent Brent уже перевалила за 91 доллар и продолжает ползти вверх — и это ещё до того, как блокада заработала в полную силу. Аналитики Rystad Energy говорят о вероятном пробитии отметки в 150 долларов, если танкеры начнут массово обходить Баб-эль-Мандеб стороной. Это не фантастика — именно такой сценарий сейчас просчитывают финансовые директора крупнейших судоходных компаний мира.
Аналитики «Известий» и Фонда национальной энергетической безопасности подняли прогнозную планку ещё выше: при дальнейшем раскручивании ближневосточного конфликта Brent вполне способна дойти до 120 долларов. Для российского бюджета это, кстати, означало бы неожиданную удачу: при такой цене нефть марки Urals приближается к отметке 95–100 долларов, что существенно превышает заложенные в бюджет параметры.
Парадокс войны: чем хуже дела на Ближнем Востоке — тем лучше для российской казны. Но и этот сценарий остаётся далеко не самым пессимистичным. Если Баб-эль-Мандеб реально закроется для нефтяных танкеров, мир недосчитается нескольких миллионов баррелей в сутки сверх тех тринадцати миллионов, которые уже выпали с закрытием Ормуза. Аналитик Kpler Муйу Сюй говорит прямо: тогда азиатские покупатели окончательно потеряют доступ к ближневосточной нефти — и рынок войдёт в зону, которую никто всерьёз не моделировал.
Хуситы называют и вовсе фантастическую цифру.
«Баб-эль-Мандеб станет единым с Ормузским проливом, а цена на нефть вырастет до 200 долларов за баррель», — заявил один из лидеров движения.
Для сравнения: в самый острый момент энергетического кризиса 2022 года нефть стоила около 130 долларов. Что это значит для обычного человека? Рост цен на бензин, авиабилеты, продукты питания и вообще на всё, что производится или перевозится с использованием нефтепродуктов.
Сейчас на Ближнем Востоке разворачивается несколько сценариев одновременно — и ни один из них не предполагает быстрого успокоения.
Первый сценарий — дипломатический. Саудовская Аравия под давлением международного сообщества снимает часть ограничений с аэропорта Саны, хуситы объявляют о «победе» и отменяют блокаду. Вероятность — невысокая: Эр-Рияд на подобные уступки под угрозой идёт крайне редко.
Второй сценарий — военный. Саудовская армия наносит массированные удары по побережью Йемена в попытке уничтожить ракетный потенциал хуситов. Однако опыт 10 лет войны показывает: это не работает. Повстанцы рассредоточены, мобильны и умеют прятать оружие.
Пока эти сценарии только разворачиваются, Эр-Рияд уже перешёл к первым практическим шагам.
21 июля, арабская коалиция под руководством Саудовской Аравии объявила о том, что берёт под защиту торговое судоходство в Баб-эль-Мандебском проливе. Представитель коалиции Турки аль-Малики предупредил: любое нападение на коммерческие суда будет квалифицировано как морское пиратство и нарушение международного права.
Одновременно коалиция попыталась опровергнуть сам повод для блокады: по её данным, только за первые шесть месяцев 2026 года в подконтрольные хуситам порты Ходейда, Салиф и Рас-Иса зашло больше 300 торговых судов с продовольствием и топливом. Иными словами, никакой осады Йемена, по версии Эр-Рияда, не существует. Хуситы с этой арифметикой, разумеется, категорически не согласны.
Третий сценарий — затяжная морская война на истощение. Хуситы методично атакуют танкеры, идущие к саудовским портам. Страховые ставки взлетают до небес, крупные компании уводят флот в обход Африки. Это добавляет к стоимости доставки груза недели пути и миллионы долларов — и всё это в конечном счёте оплачивает конечный потребитель.
Красное море находится за тысячи километров от России, Европы и большинства стран, где живут читатели этих строк. Но глобализация устроена так, что война в йеменских проливах немедленно аукается в супермаркетах и на заправках по всему миру.
Заявление хуситов — не очередная угроза, которую можно проигнорировать. За ней стоит реальная военная сила, реальный иранский ресурс и реальная готовность к эскалации. Ормузский пролив уже закрыт. Теперь под вопросом Баб-эль-Мандеб.
Если обе «пробки» встанут на место одновременно — мировой нефтяной рынок получит шок, к которому никто всерьёз не готовился. А следующим на очереди, по логике хуситской стратегии, вполне могут оказаться Объединённые Арабские Эмираты — ещё один богатый сосед, которому в Йемене давно не рады.
Игра началась. И ставки в ней — не йеменские, а глобальные.